17.08.2020
Источник: predsedatel-apk.ru
Регион: Россия
Просмотров: 4101

В юбилейном сотом номере, который выходит в трудное для нашей страны и всего мира время, легендарный руководитель делится с читателями размышлениями о непростой ситуации, сложившейся в отрасли в 2020 году, и рассказывает о том, какие уроки сам вынес из кризисов – а уж их на его веку было достаточно. 

По последним данным Росстата (июнь 2020), сельское хозяйство – чуть ли не единственная отрасль, которая показывает не спад, как остальные, а прирост (+3% по сравнению с 2019-м). Однако, полагает Юрий Фёдорович, этот оптимизм несколько далек от реального положения дел.

– Сельское хозяйство – отрасль особая, её считать по одному году нельзя. Вспомним, каким удачным для аграриев выдался 2019 год – он и дал возможность отрасли развиваться в начале нынешнего года. Именно оттуда, из 2019 года, те самые 3% прироста. А откуда взяться прибавке в 2020? Урожай ещё не убрали, значительная часть посевных территорий по всей стране пострадала от природных катаклизмов – где-то затопило, а где-то высушило. В прошлом году страна получила хороший урожай и хорошо им распорядилась: президент Владимир ПУТИН не раз говорил, что выручка от экспорта зерна превышает выручку от реализации продукции военно-промышленного комплекса. Зерно – это хлеб, это молоко, это мясо. Урожай 2019 года заложил подушку безопасности, на которой мы и держимся до сих пор, однако она не бесконечна. Уже совсем скоро мы останемся наедине с 2020 годом и его последствиями – и вот тогда ситуация будет сложной во всех отношениях.

Новосибирская область – огромная, и многие из её районов в этом году подверглись засухе. Мне известно, что при заготовке сена хозяйства берут по пять-семь центнеров с гектара – фактически зря бьют технику и тратят ГСМ. В значительной части районов Новосибирской области не будет стоять вопрос увеличения производительности и продуктивности – будет стоять вопрос сохранности молочного поголовья. 2020 год будет тяжёлым для сельского хозяйства: и пандемия коронавируса, и засуха. Вспомним сильнейшую засуху 2012 года: спрос на продукцию молочного животноводства не упал. А на ситуацию в 2020 году ещё до засухи успела повлиять пандемия: и падение доходов населения, карантин детских садов и школ, которые потребляли большое количество молочной продукции. С этой проблемой столкнулась и «Ирмень»: мы не можем продать всё молоко и вынуждены увеличить объёмы работы «на склад», производства продукции с более длительным сроком хранения, в первую очередь масла. 

«Ирмень» – чемпион Сибири по молочной продуктивности: в 2019 году хозяйству вновь покорился очередной рекорд – 12 000 литров на фуражную корову. Какую планку «Ирмень» ставит для себя на 2020 год и насколько сложно наращивать и без того высокую молочную продуктивность?

– Мы планку не назначаем, а вот прибавка – будет, – обещает Юрий Фёдорович. – Может быть, незначительная, но будет. На сегодняшний день мы идём с минусом, а в начале года у нас был хороший плюс: 200 литров на голову к аналогичному периоду прошлого года, к большому прибавлять сложнее, чем к малому. Но мы увеличим и поголовье, и, соответственно, продуктивность. Только что мы сдали ещё один новый коровник на 500 голов и вышли на численность дойного стада в 4000 голов.

Производство молока в Новосибирской области растёт, однако перерабатывающие мощности по-прежнему в дефиците. «Ирмень» с самого начала делала ставку на собственную переработку и даже несмотря на падение спроса находится в более благоприятной ситуации, чем большинство хозяйств области.

– Не думаю, что от развития местной переработки крестьянин сегодня особо выиграет: переработчик будет, скорее всего, стараться много за молоко не давать, ему нужно отбить инвестиции в производство, – рассуждает Юрий Фёдорович. – Большое предприятие требует больших затрат, которые должны окупаться, а перерабатывать молоко себе в убыток никто не станет. Мы это предвидели и потому развивали переработку сами. Наш ассортимент меняется каждый день, мы постоянно выводим на рынок новые йогурты, творожки и другую продукцию. Сегодня у нас в линейке продукции 40-50 наименований, и это далеко не предел: наши технологи постоянно работают над новыми предложениями вместе с отделом маркетинга. Собственная переработка позволяет более чутко реагировать на запросы рынка, а мы за ними следим очень внимательно и поэтому более мобильны, чем крупные производители «молочки». 

А вот нынешняя засуха на работу «Ирмени» практически не повлияла: сказался опыт Юрия Фёдоровича, который стоит во главе племзавода «Ирмень» уже 48 лет.

– У нас есть запас всех видов кормов – это и сено, и сенаж, и силос, и концентрированные корма. Засуха – тяжёлое испытание, однако из него и руководители сельхозпредприятий, и власть должны сделать важный вывод: в нашей зоне рискованного земледелия заниматься животноводством, особенно молочным, невозможно, не имея переходящий запас кормов, – уверен Юрий Фёдорович. – Можно надеяться на субсидии и дотации, на помощь государства, но корову субсидиями не накормишь. Случись у соседей беда – я помогу, как помогаю всегда. А вот нам никто не поможет, таком большому хозяйству – у нас свыше девяти тысяч голов скота – помощь придётся собирать по всей области. Вопрос запасов кормов – вопрос стратегический.

На моей памяти были разные годы, в том числе и засушливые, однако мы всегда сохраняли поголовье. Мы ездили на заготовку кормов в Томскую область, отправляли туда и технику, и людей. Работали в Колыванском районе – нас там чуть оводы не съели. Натерпелись будь здоров! Есть удобные земли, где можно работать на сельхозмашинах, и мы к этому привыкли, забросили литовки. Но есть участки, куда техника не может зайти – и вот ими не занимаются. А мы в те годы мобилизовали всех до одного работников – выкашивали околки, овраги. Заготавливали берёзовые ветки, выкосили всю крапиву в сёлах и зимой кормили скот. И сохранили поголовье, ни одной коровы не потеряли. И это был не один такой год!

Не надо сидеть и ждать субсидий – нужно делать всё, чтобы на месте заготовить хоть какое-то количество корма. Какой прок от денег, если на них не получится закупить корма? Если же ситуация осложнится сверх того… когда корабль тонет, приходится сбрасывать лишний груз, избавляться от молодняка. Главное – сохранить маточное поголовье. Лишимся маточного поголовья – лишимся животноводства вообще. 

Второй урок, который Юрий Бугаков вынес из своего опыта, – необходимость системы орошения.

– Засуха 70-х приучила меня постоянно держать запас кормов. Тогда же я задумался и об орошении. Первоначально планировали орошать 2 000 га, но мы увеличили площадь до 3 000 га. Наша оросительная система в боевой готовности – это 37 дождевальных машин «Фрегат», и этим летом они работали на полную мощность. Сегодня «Ирмень» – единственное хозяйство в Новосибирской области, в котором сохранилась оросительная система. А ведь они были во многих районах! С приходом новой власти хозяйства Ордынского района обанкротили, и чтобы погасить долги, начали выкапывать и продавать трубы. Изуродовали поля – и лишили хозяйства будущего. А ведь в области была целая структура, которая занималась мелиорацией, начиная от проектов и заканчивая стройкой и монтажом. Ничего не осталось. Эта ошибка сейчас и аукается нашему животноводству.

Чтобы избежать впредь настолько фатальных для отрасли ошибок, власти нужно научиться понимать, что такое сельское хозяйство. Иначе – никак.

– Пусть каждый депутат, каждый чиновник задаст себе этот вопрос, – говорит Юрий Фёдорович. – А потом задастся вопросом, что же такое сельское хозяйство нашей Новосибирской области. Посмотрит на карту, сопоставит данные, увидит, где можно выращивать КРС, где – овец. Области нужна специализация по районам, этот вопрос я ставлю не первый раз, он не теряет актуальности на протяжении многих лет. У нас есть районы, где всегда получают низкие урожаи и низкие надои – зачем мучить людей, молочных коров, технику? Может, лучше будет выращивать мясной скот и направить средства на развитие этого направления, в том числе и государственные? Вспомним, у нас ведь огромные отары ходили по области, а сейчас овцеводство как отрасль, кажется, навсегда заброшена, хотя даже на самых скудных выпасах овцы дают и шерсть, и мясо.

Специализация и планирование – вот что нам необходимо, тогда не будет переизбытка молока при нехватке мяса. Мы в достатке производим мясо кур и считаем, что решили проблему производства мяса в целом – а говядины своей у нас нет, её к нам завозят. А в области простаивают огромные пастбища. 

Коронавирус открыл нам некую новую реальность, в которой сельский образ жизни оказался более безопасным, более комфортным и привлекательным – ведь даже просто соблюдать карантин в своём доме, на своём дворе гораздо легче и полезней для здоровья, чем в городском «бетонном мешке». Однако что на самом деле нужно, чтобы вернуть горожан в село?

– Чтобы сегодня люди поехали в деревню – и не только от коронавируса, а на постоянное жительство – нужны условия для проживания и бизнеса, нужна работа. На Ордынском шоссе каждую пятницу пробка от Новосибирска и чуть ли не до Верх-Ирмени, но люди едут сюда отдыхать, не жить. Потому что в деревне делать пока нечего, – констатирует Юрий Фёдорович. – У нас огромное количество брошенных земель, которые в своё время поднимали целинники. И многие из нынешних отдыхающих, потомки тех самых целинников, едут в родные деревни, где, возможно, ещё живут их родные и близкие, едут туда, где их корни. Людей в деревню тянет, но делать в деревне нечего. Деревню нашу разрушили в прах. Зачем бежать от одного вируса к другому – вирусу опустошения? Мы так много и долго говорим о комплексном развитии сельского хозяйства и сельских территорий, но абсолютно ничего не делаем. 

Тем не менее, как всегда в трудные времена город ищет у села уверенности и успокоения в том, что хватит еды – хлеба, молока, мяса, гречки в конце концов. Значимость сельского хозяйства для общества повышается. Может быть, настало, наконец, время, чтобы государство обратило внимание на село и его проблемы? Что нужно селу сегодня? Юрий Фёдорович – депутат со стажем в несколько десятилетий, знает об этом не понаслышке.

– Селу нужны школы, нужны детские сады, – говорит он. – Там, где они есть, там есть жизнь. Не нужно жалеть денег на «социалку»! Мы не жалеем деньги на борьбу с коронавирусом, валим куда надо и не надо. Деньги у государства есть, почему бы не выделить их тем, кто хочет работать и жить в селе? Выделить землю, дать дом. Мы говорим, что каждый год хуже и хуже становится ситуация с молодыми специалистами на селе. А куда им ехать в эту прорву, где ни жилья, ни условий? Потому каждый студент из села всеми правдами и неправдами стремится укрепиться в городе, лишь бы не возвращаться на малую родину.

Государству нужно вкладываться не только в общие программы развития, но и в конкретных людей. Вот молодой специалист. Он может вырасти в хорошего руководителя, в настоящего хозяина. Но ему нужно помочь на начальном этапе.

Возможно, стоит вспомнить опыт укрупнения сельских поселений, переселять людей из полузаброшенных сёл туда, где есть необходимая социальная инфраструктура и вкладываться в неё, а не в дорогу до деревни, где три двора. Не распылять средства и усилия, а сосредоточиться на развитии конкретных направлений, конкретных населённых пунктов. 

Собственно, вот он, секрет «ирменского чуда»: создавать достойные условия для работы и жизни, шаг за шагом. Не опускать руки – и отвечать за свои слова.

– Когда я пришел в совхоз «Большевик» (так раньше назывался племзавод «Ирмень», – прим. ред.), здесь по деревням было три школы, три клуба – Дома культуры, – вспоминает Юрий Фёдорович. – И я сразу сказал: на центральной усадьбе будет одна большая новая школа, один большой дом культуры – зато самые лучшие. Мы начали строительство агрогородка: сначала это были многоэтажные благоустроенные дома, потому что мы не рискнули сразу строить коттеджи – дорого и долго. Построили школу, детский сад. Именно так формировался сегодняшний облик Верх-Ирмени. Сначала говорили: «Ну, Бугаков натворил дел, разделил нас на «чёрных» и «белых». Я собирал людей и объяснял им, что в таких условиях будут жить они все, нужно немного подождать. И все дети будут учиться в одной школе, уроки у них будут вести хорошие учителя. А ведь раньше в одной старой школе в одном классе у одного учителя одновременно занимались и десятиклассники, и первоклашки!

В распутицу нам приходилось возить ребятишек в школу на тракторе, вернее, на прицепленных к трактору огромных лесовозных санях. Мы заасфальтировали все дороги и тротуары, стал ходить автобус – точно, как часы.

На работу я езжу мимо детского садика – там проехать невозможно, родители на машинах привозят своих чад. А когда мы с супругой переехали в Верх-Ирмень, здесь был старый деревянный детский сад, туда я двухлетнюю дочку зимой возил на санках. Однажды был такой сильный мороз, что я испугался, как бы ей не замерзнуть по дороге, засунул её за пазуху и бегом до дому…

– Самое важное в критической ситуации – отношение к делу, – говорит Юрий Фёдорович. – Надо собраться, сосредоточиться для решения более важных, первостепенных вопросов, которые не терпят отлагательства. Иначе будет хуже. Нужно расставить приоритеты – и работать. Расставить приоритеты несложно, у нас чаще так и бывает: мы напланируем, совещания проведём и расскажем, как всё у нас будет красиво, но в этом направлении никто и палец о палец не ударит. Если ты что-то пообещал, сделай хоть что-то! Начни работать потихоньку, чтобы люди видели, что ты не пустозвон. А от этого вера людей и идёт: сказал – сделал. Один раз сказал, другой сказал, а дел нет – не будет и веры к тебе. Люди обещаний наслушались до тошноты и ждут действий.

Информация о предприятиях, упомянутых в статье:

загрузка карты...

23.10.2020

Цена на молоко прогуляется вверх

Цены на сырое молоко продолжили рост на уходящей неделе. The DairyNews рассказывает, что повлияло на ситуацию и как долго она продлится.
Герефорд, КФХ
Адрес:  Тульская область, Ясногорский район, поселок Спицинский 
 
Алтайский сыровар, ПТП ООО
Адрес:  Алтайский кр., Павловский район, пос. Сибирские Огни, ул. Новая, д. 2 
 
Октябрьское, ООО (Кировская обл)
Адрес:  Кировская обл., Свечинский район, с. Октябрьское, ул. Советская, д. 15 
 
Артемцев А.А., ГКФХ
Адрес:  Иркутская область, Боханский район, деревня Вершина