Страх и ненависть к ВТО. Как России живется в мировой экономике

Источник: solidarnost.org
Прошло полтора года с тех пор, как Россия вступила во Всемирную торговую организацию (ВТО). “Солидарность” решила подвести промежуточные итоги, посмотреть, случилось ли то, чего боялись, и осуществилось ли то, на что надеялись.
Если коротко, то... ничего не поменялось. Краха экономики не произошло. Но если у одних это вызывает сдержанный оптимизм, то другие это называют бомбой замедленного действия.


А НУЖНО ЛИ НАМ ЭТО ВТО?
На сегодня членами ВТО, регулирующей 97% мировой торговли, являются 159 стран. По большому счету, совсем никаких отношений с ВТО не имеют лишь Северная Корея, Сомали, Южный Судан, Монако, Сан-Марино (у последних двух собственные преференции в финансовой сфере) и некоторые острова в Тихом океане. Большинство стран, которые не являются членами ВТО, так или иначе с ней сотрудничают и либо хотят вступить (как Казахстан), либо являются наблюдателями (как Ливия, Йемен). При этом нет ни одной страны - члена ВТО, которая бы хотела из нее выйти.

Основной принцип торговой организации - это взаимное предоставление национального режима товарам и услугам иностранного происхождения, то есть принцип недискриминации. С одной стороны - это самая главная “конфета”, с другой - то, что вызывает у нас наибольшие споры и противоречия.

Алексей Портанский, профессор НИУ-ВШЭ, убежден, что вступление в ВТО для любой страны - благо. Например, Россия благодаря этому получила доступ на внешние рынки. До того она была самой дискриминированной страной в мире: в ее отношении действовало около 100 дискриминационных мер!

А вот у профсоюзов во всем мире другое мнение. В 2005 году более 140 профсоюзов, международных профсоюзных федераций и движений призвали остановить переговоры Дохийского раунда, так как соглашения ВТО по торговле и инвестициям уже привели к массовой потере рабочих мест: “Остановите переговоры ВТО! Сохраните рабочие места!”

После этого Международная конфедерация профсоюзов (ITUC) в своем исследовании показала, что миллионам трудящихся в сфере промышленности и производства грозит потеря рабочего места, если соглашения Дохийского раунда ВТО будут приняты. Например, из-за либерализации рынков 2,7 млн бразильцев потеряли работу, либерализация торговли и финансового сектора привела к банкротству 17 - 20 тыс. малых фирм в Мексике, а в Эквадоре экспорт товаров промышленного производства упал на 40%. Не надо далеко ходить: Украина вошла в ВТО в 2008 году, и в исследовании, проведенном Федерацией работодателей Украины, говорится, что в сахарной промышленности и свиноводстве за три года потеряли рабочие места около 500 тыс. человек, остановилось 50 сахарных заводов.

СТРАХИ
Страхи присоединиться к ВТО бывают трех видов: экономические, политические и социальные. Первые грубо можно свести к боязни снижения пошлин на импорт. Как это повлияло на российскую экономику? Пока что практически никак.

- Согласно условиям присоединения к ВТО, за пять - семь лет импортные пошлины в России снизятся в среднем на 3,2% по сравнению с уровнем 2008 - 2010 годов. Для сравнения, за январь - октябрь 2013 года реальный валютный курс рубля к доллару США укрепился на 3,3%. С точки зрения влияния на цены импортных товаров это означает, что за 10 месяцев текущего года в результате изменения валютного курса мы получили такой же эффект, как от снижения пошлин в течение семи лет! А в 2010 году, когда укрепление рубля было еще более выраженным, его результаты были эквивалентны полной отмене всех пошлин, - поясняет ведущий специалист в области экономико-политического моделирования и анализа процессов регулирования международной торговли и инвестиций Сергей Афонцев из Института мировой экономики и международных отношений РАН.

Его мнение разделяет и глава переговорной группы по вступлению России в ВТО Максим Медведков, считающий, что импортный тариф в современной экономике не оказывает серьезного влияния на конкурентоспособность отраслей. Эксперты в один голос твердят, что изменение курса рубля оказывает более значимое влияние на экономику, а его скачки могут и вполне компенсировать снижение пошлин, и усугубить ситуацию.

Исходя из мониторинга, проведенного Министерством экономического развития, за год, прошедший после вступления России в ВТО, потрясений на нашем рынке не произошло, импорт существенно не вырос, а в некоторых случаях даже упал.

Что касается второго страха, политического, что нас заставят играть по правилам, которые помешают собственным проектам, то при ближайшем рассмотрении он уходит, ведь... можно просто не соблюдать правила ВТО, и стране за это ничего не будет. Да-да, она пройдет все процедуры, ей скажут, что она неправа и нужно изменить какое-то положение, но она может его не менять. Как ее накажут? Другие страны будут иметь возможность применить ответные дискриминационные меры, и все. В принципе, к любой стране - не члену ВТО и так могут применяться дискриминационные меры, так что мы в этом смысле ничего не теряем.

Почему страны все же пытаются этого избегать? Потому что если все будут говорить “мне ваши правила до лампочки, мы будем жить по своим”, то система не будет никому нужна и распадется.

А вот третий страх, социальный, возможно, самый реальный. Профсоюзы уверены, что когда сторонники вступления в ВТО говорят об “экономической эффективности”, они забывают о “социальной эффективности”. А ведь уничтожать собственное производство и увеличивать безработицу может быть экономически выгодно, но “социально неэффективно”. Профсоюзы сомневаются, что иностранные компании будут создавать у нас рабочие места - ведь дешевле производить в Китае, чем вкладываться, например, в восстановление российской промышленности.

Кроме того, развитые государства в свое время защищали собственное производство и проводили протекционистскую политику, однако теперь упрекают в этом развивающиеся страны! А без протекционизма страна вынуждена соглашаться на заведомо невыгодные условия.

СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
Считается, что больше всего от вступления России в ВТО пострадает наше сельское хозяйство. Напомним, что разрешенные субсидии в рамках “желтой корзины” (прямые денежные вливания) с 9 млн долларов в 2012 году должны снизиться до 4,4 млн долларов в 2018 году, что для отечественного сельского хозяйства крайне мало.

- Если заглядывать в будущее, то для аграрного сектора вступление в ВТО скорее плюс. Конечно, привычное нам сельское хозяйство умрет, но ему на смену придет высокоструктурированный вертикально интегрированный агробизнес, - неожиданно для профсоюзного лидера заявляет заместитель председателя профсоюза работников АПК Галина Юрова. Правда, затем она дополняет: - Минус в том, что членство в ВТО заставит предприятия активнее модернизироваться, а на это способны далеко не все. Часть предприятий закроется из-за рыночной гонки. И даже на тех, которые останутся после модернизации, число рабочих мест сократится. Если мы хотим создавать инновационную экономику - в этом будет большой плюс. Вопрос в том, насколько экономика готова к переобучению такого количества рабочей силы, которая окажется не у дел.

То есть на передний план опять выходят не экономические проблемы, а социальные.

На бытовом уровне считается, что Россия прогадала, допустив такой низкий уровень поддержки своего сельского хозяйства. Но если посмотреть в процентном соотношении, то страны ЕС согласовали “желтую корзину” в размере 44% от того объема, который был до вступления, США - на уровне 40%, а Россия - на уровне 49%. Больше всех!

Если же оценивать в денежном выражении, то еще до присоединения к Всемирной торговой организации у нас было (и остается) серьезное недофинансирование агропромышленного сектора. К тому же даже по “желтой корзине” разрешенные субсидии в рамках ВТО выше, чем возможности нашего бюджета! А ведь есть еще “зеленая корзина”, из которой мы можем брать столько денег, сколько захотим. Можно хоть весь бюджет страны пустить на развитие сельского хозяйства - и если это будет сделано не “в лоб”, а путем косвенной поддержки отечественного производителя, то мы не нарушим ни один пункт правил ВТО.

Замминистра сельского хозяйства РФ Дмитрий Юрьев в своем докладе сообщил, что в рамках госпрограммы меры “зеленой корзины” консолидированного бюджета, не подлежащие сокращению в соответствии с условиями ВТО, составляют на текущий год порядка 104,8 млрд рублей, а на весь период действия программы - 1,1 трлн рублей.

Простой пример разрешенной меры поддержки из “зеленой корзины” - государственные закупки. Знаете, сколько людей питается ежедневно в российских больницах, школах, детских садах и тюрьмах? Около 7 - 8 миллионов. И если государство объявит, что продукты питания для этих госучреждений должны быть выращены только в России, - это не нарушит правил ВТО.

По словам Медведкова, в некоторых регионах России, в небольших городах, подобный эксперимент проходил: муниципалитеты заключали контракты на поставку продуктов для больниц и школ. В результате через 2 - 3 года соответствующий малый и средний бизнес превращался в большой, потому что были гарантированные заказы. Обратная сторона медали - отсутствие конкуренции и большие бюджетные расходы. Но тут уже государство (или субъект Федерации) должно решать, что ему нужнее: поддержать своего производителя, чтобы потом он стал конкурентоспособным, или сразу отпустить его работать на равных условиях с другими компаниями.

О том, что проблемы нашего сельского хозяйства почти не связаны с ВТО, что это в первую очередь наша внутренняя беда, говорит и профессор госуниверситета по землеустройству, председатель научно-экспертного совета при комитете по аграрным вопросам Госдумы РФ Александр Фомин:

- Что касается мяса, молока, сахара, яйца, то у нас цены на них вполне сопоставимы и даже выше мировых. Об этом редко говорят наши сельхозпроизводители, но это правда. У нас получается уникальная ситуация: несмотря на низкий уровень жизни, наш потребитель частично финансирует сельское хозяйство, покупая мясо дороже, чем в Европе.

По его данным, у нас заброшено 40 тыс. фермерских хозяйств, 8 тыс. сельхозпредприятий, 35 млн га не обрабатывается, а это, между прочим, суммарная аграрная территория Франции и Германии!

И добивают наших сельхозпроизводителей не сниженные импортные пошлины, а постоянно растущие тарифы естественных монополий.

- На сегодня издержки для сельхозпроизводителей - газ, электроэнергия, удобрения, дизтопливо, тарифы на железнодорожные перевозки - растут быстрее, чем цена на продукцию. Вот истоки нашей неконкурентоспособности. В России энергоресурсы составляют 1,3 рубля в себестоимости килограмма продукции, а в США - лишь 0,8 рубля, - говорит Фомин.

Причем если сейчас тарифы монополий находятся примерно на уровне европейских или чуть ниже, то в среднесрочной перспективе (3 - 5 лет) рост тарифов продолжится высокими темпами (7 - 15% ежегодно), стоимость электричества и газа вырастет в 1,5 раза.

Но при этом то, что происходит с ценами на услуги естественных монополий, - это не результат присоединения к ВТО, а результат, вытекающий из курса правительства. Соглашения по ВТО нам никак не мешают ни регулировать тарифы, ни устанавливать максимальную цену на лекарства или налог на автомобили, поясняет Медведков. Это все осталось в ведении правительства РФ.

СВИНИНА
Одна из отраслей, которая вроде бы сильно пострадала после вступления России в ВТО, - свиноводческая. Но после того, как эксперты начали разбираться в причинах, выяснилось, что причины другие.


- Действительно, кризис в начале этого года, связанный с падением цен на свинину, совпал со вступлением в ВТО. И все стали говорить, да и мы тоже, что это последствия вступления. Оказалось, это не совсем так, - говорит Галина Юрова. - Сегодня у нас три области способны закрыть все потребности населения в свинине: Белгородская, Липецкая, Тамбовская. А свинину у нас выращивают во многих областях. Выделяются субсидии, кредиты на развитие этой отрасли. Кризис начала года показал, что больше свинины нам не надо.

По данным департамента животноводства и племенного дела Минсельхоза РФ, импорт свинины за год у нас не вырос, но даже снизился.


Так если у нас перепроизводство свинины, то, может, стоит ее продвигать на мировые рынки, используя механизмы ВТО? Теоретически - да, но... пока не получится.

- Сегодня производство свинины в мире - это высокомонополизированный бизнес, который сосредоточен в Бразилии, США и Китае. Для того чтобы нашей свинине пробиться на международные рынки, нам надо много чего поменять. Мы банально не знаем, что хочет западный потребитель. Какие части свинины? В какой упаковке? По какой цене? Как часто? Какой срок годности у нее должен быть? - поясняет Юрова.

Практически все, что мы заявляли как стратегические приоритеты на переговорах по вступлению в ВТО, нам удалось отстоять, но по некоторым позициям пришлось уступить, например по мясу. По словам Сергея Афонцева, это произошло потому, что в российском правительстве финансовые компании имеют гораздо более сильное влияние, чем мясные, так что в обмен на уступки по финансам наши “сдали” США мясо.

- После вступления России в ВТО сильно пострадало свиноводство, но надо понимать, что с 2002 года оно получало мощную поддержку благодаря применению тарифных квот, из-за которых цены на свинину на внутреннем рынке серьезно завышались. С учетом того, что свинина - самое дешевое мясо, “мясо для бедных”, это означало, что высокие доходы свиноводов обеспечивались из кармана пенсионеров, которые переплачивали за свинину как минимум в 1,5 раза, - говорит он.

ТАМОЖЕННЫЙ СОЮЗ
Многие считают, что Таможенный союз между Россией, Белоруссией и Казахстаном оказывает влияние на российскую экономику намного большее, чем ВТО. Решение о создании союза было принято в августе 2006 года на неформальном саммите ЕврАзЭС. Предусмотрено создание единой территории, в пределах которой не применяются таможенные пошлины и ограничения экономического характера, за исключением специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мер. С 1 июля 2011 года упразднен таможенный контроль на границах между Россией, Белоруссией и Казахстаном.

- Поставки сухого молока из Белоруссии в Россию гораздо сильнее повлияли на наш рынок молока, чем молочные продукты из Евросоюза, - уверен профессор Фомин.

Стоит вспомнить о прошлогоднем скандале с растворителями. В Белоруссии было организовано производство и экспорт растворителей, разбавителей и смазочных материалов. Они производились из беспошлинного российского сырья (нафты) путем добавления к ней изопропиловых и других спиртов и, в соответствии с Таможенным кодексом Таможенного союза, экспортировались с территории Белоруссии за пределы РФ без взимания экспортных пошлин.

Между тем Белоруссия, согласно межправительственному соглашению с РФ, обязана была перечислять пошлины от экспорта нефтепродуктов, произведенных из российской нефти, в бюджет РФ.

Таким образом Белоруссия стала основным поставщиком украинского рынка дизтоплива, обеспечив около 80% импортных поставок, а по автобензинам белорусские экспортеры освоили около двух третей украинского розничного рынка.

После разбирательства двух стран на правительственном уровне Россия официально сообщила, что потери российского бюджета оцениваются в 2,5 млрд долларов. При этом, по экспертным оценкам, предполагаемый ущерб России от вступления в ВТО может составить 2 млрд долларов.

Тем не менее таможенный союз для российского правительства очень важен (возможно, поэтому история с разбавителями и не получила серьезного развития). России выгодно, чтобы Казахстан и Белоруссия как можно быстрее вступили в ВТО: лишь тогда мы сможем претендовать на членство Таможенного союза в ВТО, как это сделал в свое время Европейский союз. Сейчас же Таможенный союз не является субъектом международного права и не принимается в расчет на международном уровне.

Зачем это надо? Чтобы проводить общую торговую политику. Это будет огромным преимуществом. Проблема в том, что членство в ВТО индивидуальное: то есть сначала Казахстан и Белоруссия должны быть приняты как самостоятельные страны, на индивидуальных условиях, и только после этого мы сможем выступать единым союзом, но не наоборот.

Казахстан, в принципе, стоит на пороге ВТО, и российское представительство в Женеве помогает казахстанскому вести переговоры. Нам важно, чтобы уровень импортных пошлин в Казахстане стал таким же, какой согласовала Россия, иначе невозможно будет поддерживать единое экономическое пространство между странами. Хотелось бы, чтобы по четырем тысячам спорных позиций ВТО согласовало бы Казахстану такие же условия, как России. Иначе нам придется опустить уровень пошлин до казахстанского, и тогда наши промышленники в чувствительных областях, например, в автомобильной, в производстве комбайнов, могут взбунтоваться. Как разрешится эта проблема, пока неизвестно.

Что же касается Белоруссии, то ее переговоры о вступлении в ВТО пока “заморожены”, но скорее по политическим причинам, чем по экономическим.

Когда же торговый союз с Казахстаном и Белоруссией будет представлен в ВТО, возникнут другие сложности: выработка единого решения. Вот как это работает в ЕС: прежде чем приехать в Женеву, в штаб-квартиру ВТО, торговый комиссар ЕС получает соответствующий мандат в Брюсселе, что каждый раз сопровождается серьезнейшими баталиями внутри ЕС. Вырабатывать единую политику каждый раз крайне сложно, особенно по сельскому хозяйству. В ЕС есть страны (Франция, Испания), где фермеры получают большие субсидии и, соответственно, категорически не хотят отмены экспортных субсидий. А в других странах ЕС (в основном на севере Европы) такого нет, и они придерживаются другой позиции в этом вопросе.

БОМБА ЗАМЕДЛЕННОГО ДЕЙСТВИЯ
Сегодня одна страна не может производить все. Нужно на уровне государства определять приоритеты и защищать их. Российское же правительство пока еще не определило их. Всемирный банк и российские эксперты обсуждают следующие варианты: космос (услуги по выводу на орбиту), атомная энергетика (в частности, строительство атомных электростанций и других сложных объектов), геологоразведка, микробиология и... сельское хозяйство.

- По прогнозам мир ожидает продовольственный кризис. Его признаки уже налицо. По какому пути идти, чтобы спасти человечество? Либо производить генно-модифицированные продукты, либо расширять посевные площади. Первый путь - страшноват. Второй путь предполагает, что надо найти эти площади. И оказывается, что Россия - единственная в мире страна, которая имеет огромный массив потенциальной пашни. Ученые за рубежом подсчитали, что мы способны кормить 1,2 млрд жителей планеты, хотя сегодня  не можем накормить 140 млн своих граждан, - поясняет профессор НИУ ВШЭ Портанский.

Однако все оптимистичные прогнозы западных и отечественных аналитиков опираются на то, что Россия перейдет на инновационную экономику, на путь модернизации. И тогда ВТО откроет нам возможности выхода на внешние рынки. Если же мы останемся сырьевой страной, то, с точки зрения экономики, по большому счету все равно, являемся мы членом ВТО или нет. А с точки зрения “социальной справедливости” - можем пострадать.

- Надо иметь в виду, что наше положительное сальдо торгового баланса, формируемое главным образом за счет экспорта углеводородов, в перспективе будет снижаться. И если мы не изменим кардинально структуру экспорта, если не нарастим продажу готовой продукции, то придем к нулю, а то и к минусу сальдо торгового баланса, - предостерегает Алексей Портанский.

Но переход на инновационные рельсы зависит исключительно от мер поддержки нашего государства, пусть даже эти меры формализованы рамками ВТО. Даже в этих рамках мы можем применять защитные меры, если импорт наносит ущерб нашей экономике. Механизмы есть. Были бы желание и политическая воля правительства.

- Итоги вступления России в ВТО для пищевой промышленности сложно комментировать, поскольку процесс этот только начался. Переходный период будет длиться еще шесть лет, в течение которых российский рынок будет постепенно открываться для дешевых зарубежных пищевых продуктов, параллельно с сокращением господдержки собственных производителей. За первый год обвала производства не произошло, но нужно понимать, что мы имеем дело с бомбой замедленного действия. Общие тенденции в мире показывают: все страны, присоединившиеся к ВТО и не способные дотировать своего производителя на высоком уровне, постепенно прощаются и с понятием продовольственной безопасности, и со стабильной занятостью в легкой, в пищевой промышленности и в сельском хозяйстве, - комментирует Кирилл Букетов, региональный координатор Международного союза работников пищевой и смежных отраслей (IUF).
12.04.2021
Молокосодержащие продукты. Часть игроков рынка до сих пор считает, что данную категорию необходимо исключить из технического регламента «О безопасности молока и молочной продукции», чтобы не вводить потребителя в заблуждение и сделать «натуральные» молочные продукты конкурентоспособнее. Вопрос усилился с введением «сложносочиненных» терминов, именующих продукты с заменой молочного жира (вроде продукт молокосодержащий с заменителем молочного жира, произведенный по технологии сметана/сыра/молока).
Читать полностью
Календарь