27.10.2014
Источник: The DairyNews
Регион: Вологодская обл.
Интервью с Сергеем Молотовым, генеральным директором ОАО «Учебно-опытный молочный завод» ВГМХА им. Н.В.Верещагина»
Читать другие интервью темы "Вологодские кружева":
  

DN: Сергей Владимирович! Какие категории продуктов предприятие выпускает на сегодняшний день?
Сергей Молотов: Я могу ответить на Ваши вопросы только в той части, которая не касается коммерческой тайны. Итак, предприятие производит практический полный спектр цельномолочной продукции, и самый известный бренд на молочном рынке – вологодской масло, а также сухое молоко.

DN: Скажите, пожалуйста, какая примерно пропорция масла и сухого молока?
Сергей Молотов: Эти вещи меняются в зависимости от рынка и связаны с коммерческой тайной.
 
DN: Меня в большей степени интересует не цельномолочная продукция, а соотношение масла и сухого молока.
Сергей Молотов: Эти два продукта нельзя оценивать без учета цельномолочки. Потому что молоко имеет две составные части: жировую и белковую. Распределение этих частей между различными продуктами определяет ассортимент производимой продукции и этот процесс внутри предприятия происходит по-разному, в зависимости от прайса.

DN: В тех документах, которые я видел, упоминается про Торговый Дом «Молочное» , который якобы имеет отношение к компании Пир-Продукт.
Сергей Молотов: Мне бы не хотелось сейчас затрагивать вопросы, касающиеся коммерческих отношений с нашими партнерами. Скажу только, что нашими общими усилиями завод является одним из крупнейших продавцов масла в Москве. По объему мы занимали третье место. Продать продукцию в Москве самостоятельно практически невозможно, для этого и существует такая система. То, что это нормально, Вам скажет любой предприниматель, кроме членов нашего Совета директоров.

DN: Я разделяю вашу позицию. С торговыми сетями всегда очень много проблем: возвраты, бонусы и т.д. Я понимаю, что обвинения, связанные с сотрудничеством с ТД «Молочное» , притянуты. С другой стороны, в заключении ревизионной комиссии говорится, что 65% поставляется через ТД «Молочное».
Сергей Молотов: Через ТД «Молочное» поставляется много продукции. Что касается ценовой политики это стопроцентная дезинформация, оформленная в виде ревизионного заключения. 

DN: На мой взгляд, существует определенный интерес двух или трех сторон к предприятию. С одной стороны, возможно, существует интерес компании Пир-Продукт, что активно пытаются доказать представители Совета директоров. Существует наверное и какой-то другой интерес. У меня возникают сомнения, что Игорь Лупинос, Александр Рындин и другие члены Совета директоров оказались там случайно. Хотелось бы понять, чей интерес представляют эти люди?
Сергей Молотов: Если вопросы возникают – значит это кому-нибудь нужно, и они могут возникать в отношении всех поставок. Попытки ревизионной комиссии, направленные на дискредитацию завода, не удались, их доводы не поддержали ни в Минсельхозе, ни в Росимуществе, потому как все это было сделано очень неграмотно. Поэтому сейчас будут попытки найти мелкие и крупные проблемы, это классика рейдерского захвата. Вы знаете, я получил заключение ревизионной комиссии одним из последних.

Марина Денисова: Михаил, а как Вам удалось получить заключение ревизионной комиссии? Для меня как депутата данного округа, который работает с заводом с 1999 г., самое главное - это нормальная рабочая атмосфера в коллективе и экономическая стабильность в круге. Потому что волнения среди работников предприятия, на котором работает большая часть жителей села Молочное, могли прейти со временем в большую социальную проблему. Я была крайне удивлена, когда я получила заключение ревизионной комиссии, поскольку ревизоры даже не были на заводе.

DN: Вы говорите, что ревизионная комиссия не приезжала на завод?
Сергей Молотов: Да, так и есть. Как можно было давать заключение по работе предприятия за год, по выдернутым документам, не побывав на производстве, не сделав аналитику, не пообщавшись с исполнительным органом.

DN: Я приехал сюда как раз затем, чтобы изложить разные точки зрения.
Сергей Молотов: Хочу также отметить, что в совете директоров находится и ректор нашей академии Николай Гурьевич Малков, в прошлом году он был председателем Совета директоров. На сегодня он единственный в совете директоров, который реально принимает участие в работе по управлению предприятием. Остальные члены Совета директоров, так называемые независимые директора, из разных сфер деятельности, не из нашего региона. Когда предприятие только акционировалось, в Совет директоров входили представители Росимущества, Министерства сельского хозяйства.

DN: Кто представлял Министерство сельского хозяйства?
Сергей Молотов: Владислав Николаевич Темников.

DN: Я бы хотел понять, чью сторону представляют эти люди в Совете директоров. Я задавал этот вопрос господину Рындину и Лупиносу. Они не дали мне прямого ответа, я бы хотел получить его здесь.
Сергей Молотов: Не могу и не хочу отвечать за других людей, и могу сказать только за себя. Я здесь уже больше 10 лет, поднимал этот завод вместе с теми, кто и сейчас еще работает. И прекрасно знаю, какие проблемы возникали у завода, могу реально оценивать уровень этого предприятия. Поэтому результат нашей работы абсолютно реален и осязаем.

В текущей ситуации меняется система собственности и перспективы завода. Двенадцать лет предприятие укреплялось и росло, мы провели реконструкцию, все бюджетные деньги были использованы для развития предприятия.

DN: Говорят к концу 2016 г. завод будет приватизирован.
Сергей Молотов: Я слышал разные варианты о будущем завода. Пусть этот вопрос решают учредители. Но здесь появляются люди, у которых могут быть совершенно другие планы. Меня в этой ситуации удивляют два обстоятельства : большое желание поменять руководителя и стремление контролировать денежные потоки, причем не отвечая ни за что на заводе, они не берут на себя ответственность за что-либо. Выводы и предположения по этому поводу пусть делает пресса, и соответствующие структуры, а не я. Мы будем просто работать.

Марина Денисова: Я бы хотела обратить внимание на том, в каком состоянии было предприятие, когда Сергей Владимирович принял руководство. Завод был в долгах, если не сказать – что умирал. А сейчас это крупное модернизированное предприятие, которое обладает новейшим технологиями и оборудовано на европейском уровне. Сейчас стоимость завода выросла во много раз, благодаря усилиям Сергея Владимировича.

DN: Как Вы оцениваете стоимость завода на сегодняшний день? 
Сергей Молотов: Уставной капитал предприятия  более 900 млн. рублей, эта информация есть в официальных источниках. Завод за время моей работы не просрочил ни одного кредита, ни одних выплат поставщикам, ни покупателям, ни сотрудникам. Какие претензии можно предъявить предприятию такого уровня?!

Николай Малков: Это должно показаться странным, что какие-то проблемы возникают после изменения формы собственности организации. Если 10 лет ни к кому не было претензий по поводу работы, и сейчас по большому счету нет. Поэтому нынешний ажиотаж должен вызвать беспокойство у собственника и профильного ведомства.

Сергей Молотов: Предприятию нужно помогать, что и должны были бы делать наши члены Совета директоров, а не создавать проблемы. Вот Вы получили информацию, которая является абсолютно конфиденциальной, которая не должна попадать в чужие руки, даже я получил ее одним из последних. Подтверждения всему, что изложено в этом заключении так и нет. И вдруг данные документы попадают в службу безопасности банка, администрацию Вологодской области и неизбежно страдает имидж предприятия. Здесь работает только авторитет, с одной стороны мой, и авторитет губернатора, который прекрасно знает, чем является предприятие для Вологодской области. Поэтому если Вы хотите выяснить, кому выгодно и важно испортить работу этого предприятия, нужно искать тех, кто этими вопросами занимается. Тот человек, который передал Вам эти документы, еще раз подтвердил, что он является источником распространения конфиденциальной информации.

Мы не будем начинать никаких разбирательств. Вы первый человек, которому я даю подобные комментарии. Мне эта мышиная возня, которая касается будущих проблем, негативных PR акций неинтересна. Мне нужно, чтобы мне дали спокойно работать. Я делал хорошее масло, и хотел бы продолжить этим заниматься. Я нахожусь на своем месте, выполняю свои обязанности. Хочу пожелать и всем членам совета директоров – просто делать свою работу, в четком соответствии закону, а не обозначать свою позицию в оперативном управлении.

Николай Малков: Я бы хотел добавить, основная деятельность предприятия коммерческая, но, кроме того, в уставе прописано  и второе основное направление - учебно-опытная (производственная) и научная деятельность  для подготовки специалистов Вологодской государственной молочнохозяйственной академии им. Н.В. Верещагина. Я могу твердо заявить, что предприятие работает не просто нормально, но успешно, в том числе и по второму направлению. Существует договор о подготовке специалистов, студенты трех факультетов осваивают  на заводе целый комплекс  дисциплин, практик,  рынок востребованности  наших выпускников – специалистов по переработке молока престижно высокий,  36 регионов отправляют заявки, и мы не хотим терять эту школу.  Будет очень печально, если этот вид деятельности после приватизации будет забыт новым собственником. Поэтому Минсельхоз может ввести мораторий на продажу акций на 5 лет, и наверное следует наполнить Совет директоров завода отраслевыми, компетентными представителями, в том числе и Вологодской области.

DN: Я знаю несколько очень хороших технологов, выпускников Вашей академии. Мы связывались с ними, они сказали теплые слова в Ваш адрес.
Николай Малков: Мы честно говорим  Вам, что мы хотим качественно и успешно работать с участием  весьма успешного сегодня учебно-опытного завода. Отвечая на Ваш вопрос  о том, кому это выгодно – создавать внештатные надуманные ситуации,  я поддерживаю слова и мнение  Сергея Владимировича, это тот , кто и Вам передал документы. Наверное, ему интересно вывести завод из нынешней нормальной ситуации. 

На завершающем заседании Совета директоров, когда я был председателем, все доводы ревизионной комиссии были рассмотрены, вопрос был включен в повестку дня, несмотря на противодействие некоторых членов Совета директоров. Исполнительный орган, генеральный директор, в своем выступлении  в доказательной базе с приложением документов  дал по каждому пункту расширенную информацию. Все материалы были представлены в территориальное агентство Росимущества. Под руководством заместителя руководителя агентства  проведено совместное совещание,  и это все было оформлено протоколом. Заключения ревизионной комиссии не подтверждены. Документы, подписанные Ангеловым, распространялись с удивительной быстротой, тогда как председатель Совета директоров получил их по специальному запросу после многократных звонков.

DN: Мне бы все-таки хотелось узнать, кто же имеет интерес к заводу, физические лица или какая-то компания?
Сергей Молотов: Мы этого не знали, но многое стало понятно из статьи Росбалта. Вопрос в том, что после этих статей, для меня самого становится ясной картина, которая складывается вокруг предприятия. И после нашего разговора я сам буду обращать пристальное внимание на поведение тех людей, про которых говориться в публикации. Могу сказать, что, к примеру, господин Ангелов интересовался делами завода, даже уже не будучи членом ревизионной комиссии. Если будут происходить подобные факты, я обязательно Вам об этом сообщу. 

DN: Наши источники указывают на такие фамилии, как Лабинов. Причем как я понимаю, Владимир Лабинов даже принимал участие в каких-то заседаниях, являясь директором департамента животноводства и не имея отношения, по сути, к предприятию как таковому(об этом в своем интервью сообщил независимый член Совета Директоров Игорь Лупинос - при. ред.).

Сергей Молотов: Владимир Лабинов, как и другие директора департамента, принимал участие в обсуждении вопросов деятельности предприятия в Минсельхозе. Протокол на этот счет есть в Минсельхозе.

Марина Денисова: Участники совещаний, насколько я понимаю, назначаются руководством министерства, так же как и на заводе.

Сергей Молотов: С Лабиновым мы познакомились на одном из семинаров, меня поразило его мнение с точки зрения оценки рынка. В нашей сфере все друг друга знают. Позиция членов нашего Совета директоров отличается от позиции государственных служащих, таких как Лабинов. Но для меня остается загадкой письма о моем увольнении. Минсельхоз поддерживает мою кандидатуру. Кому-то нужен дестабилизирующий эффект, одним из способов является отвлечение внимания на людей, не имеющих отношения к проблемам завода.

Марина Денисова: Я бы еще раз хотела подчеркнуть, что я лично настолько благодарна нашему губернатору Кувшинникову за то, что он в оперативном порядке принял меры, когда произошла ситуация с ревизионным заключением. Когда я получила официальное письмо Николая Гурьевича, я сразу обратилась в адрес губернатора. Мы встречались с ним в девять часов вечера, и буквально на следующее утро он направил письмо в министерство, о том, что интересы региона нужно учитывать при назначении членов Совета директоров. Предприятие является государственным, а на заводе работают люди – главное достояние нашего государства. Мы не должны разрушить этот трудовой коллектив и учебно-производственную базу для обучения наших студентов Академии, уникального учебного заведения, которому больше 100 лет. И губернатор, стоя на защите интересов нашего предприятия, которое находится в его регионе и платит часть налогов в казну региона, заинтересован в стабильной работе предприятия. 

DN: Скажите, пожалуйста, будут ли в ближайшее время какие-то изменения по вопросу Совета директоров? Есть ли какая-то информация?
Сергей Молотов: Это не наша компетенция. Но практика изменения состава Совета директоров была, в прошлом году состав Совета директоров менялся дважды. 

Марина Денисова: Чего в принципе не должно быть.

Сергей Молотов: Если менялся, значит, есть какие-то соответствующие причины, поводы и возможности. Но это тот вопрос, по которому нужно обратиться в Росимущество. 

DN: Сейчас председателем остается Рындин?
Сергей Молотов: Да.

DN: До какого времени?
Сергей Молотов: На календарный год, до 1 июля 2015 г.

Марина Денисова: Ко мне, как к депутату округа, товарищ Рындин не обращался ни разу. Сколько раз он был на заводе?

Николай Малков: Два раза. Причем его, члена Совета директоров завода, еле заставили приехать, чтобы все посмотреть.

Сергей Молотов: Все делается, не заезжая и не вникая… Вы ему задайте провокационный вопрос, что такое бюджетная амортизация. Знаете, когда общаешься с иностранцами, есть специальный тест для переводчика. Существует такая русская фраза: «Алкоголь в малых дозах безвреден в любом количестве», если иностранец после перевода улыбается, значит, перевели правильно. Так и в нашем случае, любая ситуация может восприниматься после длительных размышлений, а можно и по двум-трем словам определить, насколько человек компетентен, грамотен и способен решать вопросы.

DN: Какой у вас объем производства масла в год? 
Сергей Молотов: До 3 тыс. тонн.

DN: Кто является основными конкурентами на московском рынке?
Сергей Молотов: Это премиальный сектор, раньше была Valio, President, до какой-то степени вологодские производители. Однако стоит отметить, что Вологодский молкомбинат в целом в три раза уступает нам по объемам продаж, особенно на московском рынке. 

DN: В связи с эмбарго вы себя лучше чувствуете? 
Сергей Молотов: Мы пока никак это не ощущаем, еще существуют запасы. 

DN: Увеличились ли объемы поставок?
Сергей Молотов: В пределах сезонных колебаний.

DN: Не больше?
Сергей Молотов: Пока нет. 

DN: Каким образом у Вас обстоит дело с фальсификатом, как Вы с ним боретесь?
Сергей Молотов: У нас есть гильдия производителей вологодского масла.

Хотел бы подчеркнуть, что завод выиграл все процессы против производителей фальсификата, в которых участвовал. Среди них были такие крупные компании, как  «Нерком», которая производила «Масло «Вологда». Война продолжалась год, были задействованы самые разные средства, тогда нам очень помогли многие люди в Москве. Постоянно возникают попытки производить фальсификат, например, в Иваново, в Краснодаре, в Подмосковье. Люберцы, если не ошибаюсь, любимое место производства фальсификата.

Алексей Дубовой (юрист): Много фальсификата производят в южном регионе. В Ставропольском крае пытаются производить, допустим, есть такое Бологодское масло, Вологодское утро, Вологодская заря и т.д. Это часто просто фасовщики.

Сергей Молотов: Хочу подчеркнуть, что не фасованного вологодского масла ни у кого нет, его никто не продает. В последнее время подделки встречаются реже. Самое интересное, что Вологодское масло производили даже в Америке, и на Украине.

Марина Денисова: Бренд «Вологодское масло» - это единственный бренд, который принадлежит государству. 

DN: Как обстоят дела с конкурентами, с Valio, например, с учетом текущей ситуации?
Сергей Молотов: Мы ждем увеличения объемов, учитывая мнение экспертов. Интерес к дополнительным объемам и ценовой ситуации несколько другого уровня будет к концу октября-ноября. На момент введения санкций существовали в сетях запасы в пределах 2-3 месяцев по тем позициям, которые оказались предметом этих санкций. Сейчас идет повышение цен на мясо, колбасу, рыбу. Цены на молочные продукты растут очень медленно, но это вопрос времени.

DN: А вы будете повышать цену?
Сергей Молотов: Все будут повышать цену.

DN: Расскажите о сырьевой базе, где Вы берете молоко? Хватает ли Вам молока сырья?
Сергей Молотов: Молока не хватает никогда и никому. Все хотели бы иметь больше.

DN: Вы закупаете сырье только в Вологодской области?
Сергей Молотов: Там, где есть молоко, главное, чтобы оно подходило нам по качеству.

DN: Какие у Вас требования к молоку сырью?
Сергей Молотов: Очень высокие. Для того, чтобы делать то сухое молоко, о котором мы говорим, нужно сырье высокого качества. Дешевое молоко не подойдет. Если обнаруживается что-то похожее на антибиотик, сразу отправляем обратно. 

DN: Сколько Вы закупаете молока в год, в сутки?
Сергей Молотов: Данные по годовым закупкам будут определены к концу года. Вообще цифры могут колебаться от 140-250 тонн в сутки. Все зависит от сезона, от конъюнктуры рынка. 

DN: Основной объем масла Вы делаете летом, в высокий сезон?
Сергей Молотов: Да, конечно. Для производства масла летний период гораздо удобнее. Кстати, сейчас сезонные колебания на рынке не такие значительные, как раньше.

DN: Скажите, нынешняя цена на молоко Вас устраивает? Она выше, чем в Европе.
Сергей Молотов: Дело в том, что нас не спрашивают, устраивает ли нас такая цена или нет. Другой цены просто нет. На заводе никто принципиально не занимается «бодягой», нужно работать с ценами. По большому счету сырье в Вологде дорогое, если сравнивать с другими регионами России, но и качество сырья соответствующее. Мы выбрали свою нишу, это премиальный бренд. 

DN: Как я понимаю сейчас конкуренцию Вам может составить Fonterraс с брендом Anchor?
Сергей Молотов: Anchor находится в другой категории.

DN: Еще один вопрос: те компании, которые сейчас вынуждены уходить с рынка, та же Valio, не приходят с предложениями о сотрудничестве? Насколько мне известно, в секторе сыров есть такие прецеденты.
Сергей Молотов: Учитывая общее напряжение, которое возникает в политической сфере, неизвестно как область может на это посмотреть. Пока таких предложений не поступало. Передел рынка, безусловно, будет. 

DN: Что является главным продуктом предприятия, масло или сухое молоко?
Сергей Молотов: Бренд - все-таки масло. 

DN: А если оценивать по объемам выпуска?
Сергей Молотов: Все зависит от ситуации на рынке. Если цена на сухое молоко благоприятная, происходят некоторые изменения в объемах, и наоборот.  Чтобы было понятнее дам одну  приблизительную формулу расчета: из 20 тонн молока можно сделать 1 тонну масла и 2 тонны сухого молока.

DN: Скажите, пожалуйста, у Вас не было планов или попыток создать собственный торговый дом?
Сергей Молотов: Можно было бы создать собственный торговый дом, но существует препятствие в виде бюрократического механизма. Государственное предприятие должно проходить сложную систему согласования для принятия подробных решений. Я бы с удовольствием создал собственную сырьевую базу завода, что гораздо важнее, если бы соответствующее разрешение имелось у меня в наличии. 

DN: Насколько я знаю, существует некоммерческое партнерство «Вологодское масло»? Нет ли у этой организации планов организации торговой деятельности и создания торгового дома?
Сергей Молотов: Очень трудно совмещать интересы разных производителей. Качество нашего «Вологодского масла» и других производителей серьезно отличаются, отличаются цены, внешний вид, поэтому объединять интересы разных предприятий, как показывает практика нецелесообразно. Подобные попытки предпринимались.

Николай Малков: Около 2000 г. в Санкт-Петербурге был создан торговый дом, так называемый «Вологодский продукт», объединяющий пять предприятий, по производству кондитерских изделий, алкоголя, Вологодский молочный комбинат также принимал участие. Был магазин, было акционерное общество, но оно проработало 1,5 года и распалось, потому что сложно было учесть интересы всех участников.

DN: Вы упоминали, что хотели бы создать свою сырьевую базу?
Сергей Молотов: В принципе этим нужно было начать заниматься еще 10 лет назад. Можно вспомнить молочное хозяйство, которое когда-то здесь было. Но еще раз хотелось бы подчеркнуть, что это вопрос не моего уровня. Все решения принимаются учредителями.


Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, авторизуйтесь

04.12.2018

Кому ЭВС?

Минсельхоз хочет во втором квартале 2019 года включить готовую молочную продукцию в систему электронной ветеринарной сертификации. Что об этом думают молочники - выясняло The DairyNews.
06.12.2018 21:34:45

про ацидоз про ножи

0 72 Алексей Николаевич Ковалев
Маяк Высокое, ОАО
Адрес:  Беларусь, Витебская область, Оршанский район, деревня Купелка 
 
Ибрагимов и К, СХП ООО
Адрес:  Татарстан респ, Апастовский район, с. Эбалаково 
 
Фаэтон-Агро, ООО УК
Адрес:  Ленинградская область, Гатчинский район, дер.М.Верево, ул.Кутышева, д.6В 
 
Бурановское, ООО
Адрес:  Алтайский кр, Усть-Калманский район, с. Новобураново, ул. Октябрьская, д. 10 корп.