27.10.2014
Источник: The DairyNews
Регион: Вологодская обл.
Интервью с Александром Рындиным, председателем Совета директоров ОАО «Учебно-опытный молочный завод» ВГМХА им. Н.В.Верещагина»
Читать другие интервью темы "Вологодские кружева":
  

DN: Расскажите, пожалуйста, что такое НП «Директориум»?
- «Директориум» - это некоммерческое партнерство профессиональных директоров, созданное по соглашению Росимущества и Агентства стратегических инициатив в 2013 году. На сегодняшний день численность профессионального сообщества более 600 человек. Наши коллеги входят в 150 советов директоров и в ревизионные комиссии компаний с госучастием. Я являюсь членом правления НП «Директориум» и куратором сельскохозяйственного направления. В сельскохозяйственной отрасли мои коллеги входят в 53 совета директоров компаний с госучастием.

DN: Кто является партнерами «Директориума»?
- Например, губернаторы, которые обращаются к нам с просьбой провести занятия по основам корпоративного управления с  чиновничьим аппаратом и возглавить советы директоров региональных предприятий. У нас постоянно проходят занятия, семинары по подготовке кадров. При этом своих сотрудников, членов сообщества мы рекомендуем для избрания в коллегиальные органы управления компаний с госучастием. Отбор членов советов директоров или членов ревизионных комиссии происходит коллегиально, на комиссии Росимущества. Решение по каждому соискателю принимается открытым голосованием, обсуждаются заслуги и опыт каждого кандидата. По Вологодскому предприятию (УОМЗ им. Верещагина – ред.) было заявлено порядка 20 человек на 5 мест в совете директоров. 

DN: Почему «Директориум» заинтересовался УОМЗ им. Верещагина?
- «Директориум» не заинтересовался этим предприятием. 

Еще до вступления в «Директориум» в апреле 2013 года я подавал заявку на участие в совете директоров УОМЗ им. Верещагина, но тогда с первого раза меня не выбрали. После решения Росимущества, осенью 2013 года, о смене действующего на тот момент, совета директоров молочного комбината, я, уже будучи членом НП «Директориум», был включен в новый совет директоров предприятия. Господин Ангелов так же был заявлен в совет директоров комбината по собственной инициативе. 


DN: Позвольте такой вопрос – почему Вы до вступления в НП «Директориум» заинтересовались УОМЗ им. Верещагина?
- На протяжении последних трех лет я вхожу в состав советов директоров ряда государственных сельскохозяйственных предприятий, в том числе одного из самых крупных сельхозпредприятий – Племзавода «Ленинский путь», с уставным капиталом порядка 1,5 млрд. рублей. Два года я возглавлял совет директоров предприятия, доработал в нем до приватизации. Продали племзавод почти в два раза больше оценочной стоимости. Поскольку я имею образование в пищевой промышленности (я окончил технологическую академию по специальности «Экономика и управление предприятиями пищевой промышленности»), управлял рядом предприятий в немолочной сфере (алкоголь), для меня было интересно, с целью повышения профессионального уровня, поработать на большом молочном предприятии. 

DN: Вы имели отношение к Минсельхозу до этого?
- Я был директором ГУПа. Совхоза в Краснодарском крае. В 2012 году мне поступило предложение попытаться вытащить ГУП из банкротства и получить место в совете директоров ряда предприятий. Не ожидал, что будет так тяжело. 1600 Га земель, 21 объект недвижимости судебные приставы продали менее чем за 10 млн. рублей. Старый директор тогда восстанавливался в судебном порядке три раза, и будучи уволенным умудрялся собирать и тратить деньги за аренду уже не принадлежащего предприятию имущества. В конце концов он был взят под стражу за незаконную продажу 10 га земли на берегу моря. В итоге вытянуть предприятие мне не удалось, оно свалилось с банкротством, но виновный директор получил заслуженное наказание.

В прошлом году, совместно с депутатом Максимовой я вернул  в собственность государстваГУП, который находиться в моем родном городе, и о котором просто забыли. В настоящее время я вхожу в Научно-технический совет Минсельхоза РФ, являюсь консультантом Правительства по развитию долгосрочных программ Росагролизинга, Росспиртпрома, ОЗК и ГЦВ.

DN: То есть, Вы не являетесь чиновником?
- Не являюсь. Я – независимый эксперт, как и все участники НП «Директориум». Почему мы заинтересованы в положительном существовании предприятий? Согласно распоряжению Росимущества и закону, мы получаем вознаграждение за нашу работу. Наше вознаграждение прямо пропорционально прибыли компании и обороту. Чем больше прибыль и оборот – тем больше вознаграждение. В случае отсутствия таковых, мы не получаем ничего. Такое положение принято Росимуществом по всем предприятиям.  Тот же «Ленинский путь», мое вознаграждение за работу в нем составило 750 тыс. рублей за год, при прибыли предприятия 75 млн. рублей. 

DN: Какая задача стоит перед Вами в работе на Вологодском молочном заводе и как Вы добиваетесь ее реализации?
- Задачи поставленные Росимуществом  (как собственником) две и они идентичны для всех предприятий: максимальное извлечение прибыли от работы предприятия и повышение капитализации предприятия, с целью получения максимальных денежных средств в случае продажи с аукциона пакета акций предприятия. Предприятие находится в плане приватизации до 2016 года, рассматриваются варианты его продажи.

Мое личное мнение – такие предприятия государство не должно продавать, тем более в свете санкций, которые введены в отношении страны. И это моя позиция не только по данному предприятию.  В настоящее время я возглавляю совет директоров ряда других предприятий принадлежащих государству. 

DN:  Получается, что в теории до конца 2016 года Вологодский молочный завод может быть продан?
- Да, если Правительство не выпустит  постановление об исключении предприятия из плана приватизации.

DN: Кто является потенциальным покупателем предприятия?
- Насколько известно мне, интерес к заводу проявляла украинская «Терра групп», занимающаяся переработкой молока. В принципе, интерес к предприятию может иметь «Пир Продукт», как основной дистрибьютор продукции УОМЗ им. Верещагина. Мне известно, что Valio рассматривала вариант покупки предприятия. 

DN: Каким образом в качестве независимого директора в состав совета директоров попал Игорь Лупинос?
- Процедура его избрания была стандартна, он подал заявку, предоставил документы, комиссия при Росимуществе рассмотрела его кандидатуру и утвердила к назначению в состав совета директоров.

Работа Игоря Владимировича получает очень высокую оценку со стороны Росимущества. К нему часто обращаются за консультациями  по теме молочной отрасли. И если я являюсь профессиональным поверенным государства в случае с Вологодским молочным заводом, и в случае голосования представляю позицию государства, то Игорь Владимирович является независимым директором и ему доверено голосовать так, как он сочтет нужным.

Такой пример: при рассмотрении заключения ревизионной комиссии профессиональные поверенные получили распоряжение голосовать против утверждения заключения. По большому счету мы даже не обсуждали эту тему. За принятие заключения в итоге голосовал именно Игорь Владимирович. При этом дал объяснения, почему он так поступил

DN: Почему он так поступил?
- Это связано со структурой сбыта. На его взгляд, предприятию необходимо иметь несколько потенциальных покупателей продукции и целесообразно распределить потоки продукции - в одни руки не более 20%. 

DN: То есть, в настоящее время завод убыточен?
- Да, в прошлом году убыток предприятия составил порядка 160 млн. рублей при обороте порядка 1,6 млрд. рублей. В апреле советом директоров была утверждена программа работы на 2014 год, где прописаны показатели по прибыли. Этих показатели мы  достигли, однако хочется большего. У завода достаточно большие запасы по маслу, и думаю, что текущий год мы завершим на хорошей ноте 

DN: Расскажите, пожалуйста, историю конфликта между генеральным директором предприятия и советом директоров.
- Самое странное откуда появилась информация о каком то конфликте, конфликта нет. И его не может быть, поскольку совет директоров не имеет права вмешаться в хозяйственную деятельность предприятия. Мы можем давать рекомендации, контролировать, но не можем вмешиваться в хозяйственную деятельность и решать, с кем должно или не должно работать предприятие. Такие решения принимает генеральный директор.  Я знаю, что в адрес совета директоров была претензия по полученному ревизионному заключению о деятельности предприятия. Однако данное ревизионное заключение готовит не совет директоров, а ревизионная комиссия, возглавляемая независимым ревизором. В данном случае г-ном Ангеловым. Ангелов был признан лучшим ревизором компаний с госучастием по итогам работы в 2013-2014 корпоративном году(конкурс организован НП «ОКДМ», при содействии Росимущества, АНО «Агентство Стратегических Инициатив» и НП «Директориум» - прим. ред.).

Когда заключение комиссии легло нам на стол, я просил  провести совет директоров с привлечением сотрудников Росимущества и Минсельхоза, ревизионной комиссии, чтобы расставить все точки над «и». Однако век членов советов директоров и ревизоров недолог.

DN: В переносном смысле?
- Да, конечно. В итоге Ангелов ушел, Совет директоров обновился на 40%, в общем не собрались и не разобрались.
Если понадобится, то все же позовем ревизоров, и примем решение как оценить ревизионную работу с руководством предприятия.

Похожие проблемы у нас были в случае с племзаводом «Ленинский путь». Кроме того, тогда присутствовали разногласия двух департаментов Минсельхоза, которые не могли дать однозначную оценку действиям директора. Департамент имущественных отношений говорил, что директор предприятия ведет убыточную деятельность, департамент животноводства говорил, что все хорошо. В итоге был проведен совет директоров совместно с ревизионной комиссией, собрали представителей обоих департаментов и были приняты решения, которые и позволили провести удачную приватизацию предприятия.

DN: Вы говорите, что несмотря на цель – улучшить рентабельность предприятия, для его возможной продажи, Вы не имеете никакого влияния на исполнительный орган?
- За что мы отвечаем. Мы обязаны совместно с предприятием разработать и принять долгосрочную программу развития. Мы должны определить критерии эффективности работы топ-менеджемента. Далее мы определяем приоритеты, которых должно придерживаться предприятие. Способы – как это будет сделано, а у кого будет куплено сырье или упаковка – решение по ним принимает генеральный директор. Мы прописываем некие правила игры, но играет по этим правилам предприятие.

Поэтому сказать директору «закупай молоко у этого колхоза, а не у того», мы не имеем права. Да, мы можем проверить, сказать, что на наш взгляд есть факт нарушения. Но для этого в большей степени работают ревизоры. Мы принимаем решение по их заключению, доносим до собственника (Росимущества), что имеют место быть факты нарушения.

Таким образом, я не вижу конфликта между генеральным директором и советом директоров. Не считая странных статей, опубликованной этим летом и осенью, по непонятным причинам. Точно так же как по непонятна и почему г-н Лабиновым (Владимир Витальевич Лабинов, директор департамента животноводства Министерства сельского хозяйства - прим. ред.) на совещании в Минсельхозе, которое состоялось летом поставил  вопрос о полной смене совета директоров. Несмотря на то, что на тот момент избранный совет директоров проработал всего две недели. Непонятно. 

DN: Росимущество как отреагировало на такое предложение?
- Росимущество пока нас не поменяло. 

DN:  На Ваш взгляд, вопрос о смене совета директоров поднимался в связи с необходимостью убрать конкретного человека?
- Сложно сказать одного или всех. Я слышал, что планировалось убрать из органа Игоря Лупиноса. Причем вопрос о исключении  из членов совета директоров УОМЗ Игоря Владимировича поднимался и осенью 2013 года..  

DN: Кто является основными контрагентами предприятия?
- В список основных покупателей, поставщиков сырья и комплектующих  для УОМЗ им. Верещагина входят компании-члены Российского союза предприятий молочной отрасли (РСПМО – ред.). 

DN: Это Пир Продукт?
- Не только. Я повторюсь, если предприятие работает на понятных условиях с заводом и завод от работы с ним получает прибыль, совет директоров не ставит вопроса о прекращении сотрудничества. Мы – за работу с любым предприятием, лишь бы это было на благо завода и с извлечением максимальной прибыли. 

DN: Судя по документам, у ревизионной комиссии есть претензии к ТД «Молочное», которое является дочерней структурой «Пир Продукт»? (об афилированности ТД «Молочное» и ГК ПИР в интервью сообщил Игорь Лупинос - прим. ред.).
- Я не знаю насколько связан ТД «Молочное» с компанией «Пир Продукт». Учредителями ТД «Молочное» по моему являются физлица, а не «Пир Продукт».. 

DN: В статье, о которой мы уже говорили указывается, что происходящее на заводе – рейдерский захват. С чем связана такая обрисовка ситуации, ведь это серьезное обвинение?
- С момента моего прихода на предприятие, я слышал много различных версий о ситуации на УОМЗ им. Верещагина. Одна из самых смешных заключалась в том, что моему приходу на предприятие способствовал губернатор Краснодарского края Александр Николаевич Ткачев. Что вся моя деятельность на предприятии направлена на то, чтобы Александр Николаевич получил этот завод. Небылица полная. 

По поводу рейдерских захватов хочу сказать следующее – хотел бы я посмотреть на человека, который сегодня попытается осуществить захват этого предприятия. Пакет акций забрать невозможно, они принадлежат государству, поэтому остается одно – доведение до банкротства. Соответственно необходимо принимать решения, ведущие к убытку. Действия Совета директоров навязать это не могут, на это способен только топ-менеджмент предприятия. Но даже при желании руководства предприятия довести до этого, у нас есть прописанная законом практика о том, что преднамеренное банкротство влечет за собой уголовную ответственность. Так генеральный директор одного краснодарского предприятия брал займы по завышенным процентным ставкам (в отдельных случаях ставки доходили до 100% в месяц) попал под суд, обвинение доказало вину подсудимого, и бывший директор получил 5 лет.

Мое мнение – рейдерский захват вологодского предприятия невозможен, так как у завода достаточный финансовый запас. 

Такие большие предприятия как Вологодский молочный завод, с оборотом более 1 млрд. рублей, продаются в Москве, строго под контролем центрального аппарата Росимущества, и организовать нечестные торги невозможно

DN: Это означает, что завод тяжело разорить?
- Очень сложно. Нужно просто прекратить работу. И то, на мой взгляд, за счет запасов предприятие будет существовать год-два.

Продать же активы без согласия Росимущества невозможно. В случае выявления попыток захвата предприятия, мы все будем оперативно обращаться к собственнику и в правоохранительные органы.

В статье, о которой мы говорим, больше всего меня поразили факты о том, что мною были разосланы письма банкам, с просьбой не давать кредиты предприятию. Да не было никаких писем!

DN: В статье так же говорилось о том, что основным интересантом к предприятию является PepsiCo(т.к. г-да Дикарев и Лупинос являются выходцами из PepsiCo).
- Связывать PepsiCo и Лупиноса неправильно. У Игоря Владимировича сейчас свой бизнес и он уже давно не работает в структуре PepsiCo Вимм-Билль-Данн.

Что касается Дикарева, о нем я узнал от Игоря Владимировича, как о человеке, с которым он когда-то работал. в структуре PepsiCo Вимм-Билль-Данн.

Опять же напомню, что любая кандидатура на пост в совет директоров обсуждается коллегиально Минсельхозом и Росимуществом. И только при достижении согласия между этими двумя структурами, человек может быть назначен. Любой претендент проходит к тому же проверку правоохранительными органами и войти в совет директоров со стороны невозможно. 

DN: Как Вы думаете, кто стоит за статьей? Так или иначе понятно, что материал – заказной и мягко говоря ангажированный.
- Я задавал этот вопрос Сергею Владимировичу Молотову. Мне было сказано, что предприятие и руководство ни при чем. Он тоже не понимает от кого  информация просочилась в открытые источники и появилась эта статья, содержащая массу недостоверных фактов.

Я придерживаюсь мнения, что «собака лает – караван идет». И такие материалы в СМИ отношу к некоторым заслугам. Ведь если есть такие статьи, значит, мы кому-то мешаем на рынке.

На сегодняшний день предприятие остается стабильно работающим. Предпосылок к банкротству нет, предпосылок к уменьшению производства нет. Я видел наброски механизмов о развитии предприятия, план, согласно которому в 2015 году запланировано увеличение объемов выпускаемой продукции на 30%, а в 2016 году – на 50% по сравнению с 2014 годом. 

DN: Правильно ли мы понимаем, что 65% продаж, приходящих на ТД «Молочное», это  первую очередь сухое молоко и масло?
- Да, это в первую очередь масло. 

Когда Сергей Владимирович Молотов объяснял ревизионной комиссии, почему такая доля продаж приходится  на ТД «Молочное», то пояснил, что это способствует оперативному продвижению товара и если бы мы исключили бы из цепочки реализации продукции ТД «Молочное», то убыток предприятия дошел бы до 600 млн. рублей в год. 

DN: Известно, что на предприятии стоит сушильное оборудование больших объемов. Куда идет сухое молоко?
- Сразу не смогу этого сказать. Я знаю, что Данон заинтересован в сухом молоке Вологодского УОМЗ, так как это продукция высочайшего качества. 

DN: Долго ли пробудет директором предприятия г-н Молотов?
- Есть заключение ревизионной комиссии, о котором мы уже говорили. Молотов дал свои пояснения по заключению как Совету директоров, Росимущесту, так и Минсельхозу. Мы дали свои рекомендации, Росимущество и Минсельхоз пояснение директора предприятия устроило.

Вопрос о том, как долго пробудет Молотов директором этого предприятия, решать Росимуществу и курирующему министерству. Несмотря на то, что у директора закончился трудовой договор, согласно действующему законодательству его полномочия считаются бессрочными до его переназначения либо до назначения нового генерального директора. Я знаю, что Минсельхоз рекомендовал Росимуществу назначить Сергея Владимировича директором предприятия еще на один срок.

DN: Вы бы рекомендовали нового генерального директора?
- Свою позицию я изложил в письме Аркадию Владимировичу Дворковичу.

DN: Вы сказали, что Вы бы не продавали предприятие. Как  Вы считаете, насколько эффективно такое крупное предприятие может управляться государством?
- Что бы не говорили о том, что государство плохо управляет своими активами, я готов приводить примеры, когда государству предприятия приносят хорошие прибыли. Есть такой Племзавод «Георгиевский» - маленький колхоз, 6 тыс. Га земли, 900 голов дойного стада. Но 35 млн. прибыли оно получает, то есть порядка 9 млн. рублей государство с него берет. Кроме того, племзавод выполняет роль в обеспечении племенным скотом других предприятий. 

Мое мнение по поводу УОМЗ им. Верещагина таково: оно должно работать с Росрезервом. Это поставщик понятной продукции понятного происхождения. Вторая функция, которую должно выполнять это предприятие – роль учебного центра при Вологодской молочной академии. Именно там в сезон каникул студенты работают, именно там проходят практику. 
13.12.2018

Цена молоку

Цена на сырое молоко в РФ практически отыграла падение начала 2018 года, аграрный сектор надеется на дальнейший рост, но не ожидает значительных скачков вверх. Подробнее - в материале The DairyNews.
Маяк Высокое, ОАО
Адрес:  Беларусь, Витебская область, Оршанский район, деревня Купелка 
 
Ибрагимов и К, СХП ООО
Адрес:  Татарстан респ, Апастовский район, с. Эбалаково 
 
Фаэтон-Агро, ООО УК
Адрес:  Ленинградская область, Гатчинский район, дер.М.Верево, ул.Кутышева, д.6В 
 
Бурановское, ООО
Адрес:  Алтайский кр, Усть-Калманский район, с. Новобураново, ул. Октябрьская, д. 10 корп.