09.07.2020
Источник: The DairyNews
Регион: Россия
Просмотров: 5037
Наличие уток не освобождает от ответственности. Интервью с генеральным директором ООО «ЭНВИРО-ХЕМИ ГмбХ» Михаилом Карякиным DN: В чём заключается специфика сточных вод предприятий молочной промышленности в настоящее время?
МК: Сточные воды на молочном предприятии - это жидкие отходы, которые образуются от использования свежей воды. В процессе переработки молока используются емкости, технологические линии и для проведения СИП-моек также используется вода. Омывая остатки продукта, остатки сырья, она загрязняется органическими отходами, азотными соединениями, фосфором - и эти отходы образуют сточные воды, которые в дальнейшем требуют переработки. Специфика молочных отходов заключается в том, что кроме органических загрязнений в воде содержится большое количество жиров.
EnviModul вид.jpg
Фото: Модульные очистные сооружения для молокозавода

DN: Так ли молочные отходы опасны, как о них говорит наше правовое поле?
МК: На самом деле они опасны по двум причинам. Жиры откладываются в трубопроводах и емкостях, тем самым закупоривая или разрушая инфраструктуру водоотведения. Кроме того, основным загрязнением являются растворенные органические вещества. И чтобы переработать такие отходы, нужны именно биологические очистные сооружения. Второй момент: раз воды загрязнены большим количеством органических отходов, сброс их напрямую от объекта невозможен. При поступлении большого количества органики, жиров, в воде резко снижается содержание кислорода, что ведет за собой гибель животного мира. Такие отходы нужно обязательно перерабатывать перед сбросом в канализацию или водоем.
Как устроены очистные молокозавода на примере функционирования организма коровы.jpg
Фото: Как устроены очистные молокозавода на примере функционирования организма коровы

DN: На примере одного небольшого предприятия: на нем стоит жироуловитель, который постоянно чистится.
МК: Есть фраза «Даже мышьяк можно есть». Вопрос в количестве и концентрации. Жироуловитель отделяет жиры, которые находятся в свободном состоянии - как раз они откладываются в трубопроводах. Это самый первый и необходимый этап очистки. Далее должны быть удалены жиры, которые находятся в эмульгированном виде или растворенном виде. Эти жиры подавляют биологическую активность, их необходимо убрать. Например, в Европе эти две стадии очистки являются жизненно необходимыми и обязательными для любого молокозавода или сырзавода. После этого в воде остаются биологически разлагаемые вещества, которые могут проходить очистку как на собственных очистных сооружениях, так и на городских. На небольшом предприятии то, что требуется для сохранности оборудования, убирается жироуловителем, все остальное смешивается и разбавляется другими сточными водами. Но если мы говорим о крупном молокозаводе, то разбавить такую концентрацию будет очень сложно, поэтому требуется реализация полноценных очистных сооружений со всеми этапами очистки, особенно остро стоит вопрос для предприятий, которые находятся за пределом города и не имеют доступа к канализации.


DN: Можно ли заменить дополнительную очистку полями аэрации?
МК: Это риторический вопрос. На поверхности полей будет образовываться небольшая пленка жиров. А сброс на рельеф запрещен даже очищенных сточных вод. Сразу может возникнуть вопрос: «А в биологические пруды можно или нет?». Они тоже относятся к сбросу на рельеф.

DN: Насколько российское законодательство жесткое по сравнению с европейским?
МК: Оно сильно отличается. В Европе нормы по сбросам значительно мягче и лояльнее - от российских они отличаются в 5—10 раз и определяются не для всех, а для каждого отдельного водоема и производства. В первую очередь это связано с наличием экономических и технологических факторов. В Европе при сбросе в водоканалы или городские очистные сооружения чаще всего предприятия не делают собственную локальную биологическую очистку воды. Все молокозаводы обязаны удалить из воды жиры, остаются только органические растворенные вещества. Производственные стоки являются питательной средой для городских очистных сооружений. В России нормы такие, что предприятия сначала вынуждены делать полную очистку, включая биологическую, а далее сбрасывать воду на другие очистные сооружения. Но есть и позитивная сторона: постепенно наше законодательство меняется. Не так давно нормативы по сбросам были глобально пересмотрены, и нестыковки или противоречия, которые существовали в каждом городе, постепенно искореняются. В России действуют единые нормы сброса в канализацию, которые потихоньку приближаются к европейским. Законы меняются, но цифры в них, к сожалению, часто сохраняются с советских времен. В Европе сравниваются нормативы, технологии и предприятия. Чтобы все были в комфортных условиях, могли и выпускать продукцию, и содержали те очистные сооружения, которые экономически позволяют предприятию существовать.
EnviModul Flomar Вид внутри.jpg
Фото: EnviModul Flomar от «ЭНВИРО-ХЕМИ ГмбХ»

DN: Какая доля действующих очистных? Видимо, небольшая.
МК: Среди всех молочных предприятий доля тех, чьи очистные сооружения позволяют достичь сброса в канализацию или реку, не превышает 10 - 15%. Если мы сделаем небольшую выборку и возьмем предприятия, перерабатывающие от 100 тонн молока в сутки, из них очистные сооружения имеют 30-40%.

DN: Правильно понимаем, что в настоящее время экологические нормы предъявляются ко всем предприятиям вне зависимости от размера?
МК: Да, все верно. Более того, по нашему законодательству молочные предприятия отнесены к производствам, которые обязаны иметь локальные очистные сооружения. У тех, кто сбрасывает в реку, нет другого варианта, кроме как чистить и перерабатывать сбросы самим. Либо они могут заключить договор и свои стоки перевозить на другие очистные сооружения, которые их переработают. А предприятия, которые сбрасывают в городскую канализацию, должны иметь локальные очистные сооружения. По закону в России есть два варианта: либо ты полностью перерабатываешь до той нормы, которую выставляет водоканал, и далее водоканал доочищает до сброса в реку, либо ты делаешь предварительную очистку, а далее водоканал берет на себя повышенные обязательства по переработке этих сточных вод до существующих норм сброса, но это будет компенсироваться повышенным тарифом.

DN: А что касается не молочных предприятий, а, например, общепита?
МК: Это тоже риторический вопрос. В нормативном акте перечислены отрасли, которые обязаны иметь локальные очистные сооружения, общепита там нет. Но есть другой момент: очистные сооружения должно иметь предприятие, которое расходует более 200 кубометров воды в сутки. Если предприятие расходует меньше, то должен быть договор с водоканалом на подключение и сбросу в их сеть. Формально, если молочное предприятие переименовалось в общепит, оно может не иметь локальные очистные сооружения, но обязано подписать договор с водоканалом.

DN: А в Европейском союзе разрешен сброс на рельеф?
МК: Это широкое понятие. Есть сброс в водоем - все водоемы зафиксированы в реестре водных объектов. Сброс в канализацию - это тоже централизованная система, с ней все понятно. По сути, все, что не попадает под первую или вторую категорию, является «сбросом на рельеф»: всегда, если есть контакт воды и почвы. Если вы сделали биологический пруд - это водный объект, он должен быть в реестре. Если вы сами построили себе водоем и сами назвали его биологическим прудом, то по нашим законам запрещен сброс даже очищенных стоков на рельеф. Ваш рукотворный пруд все равно контактирует с грунтом, сообщается с подземными водами. Только если ваш пруд будет с мембраной, которая исключают контакт воды и почвы, то он не считается биологическим прудом и не считается сбросом на рельеф. Получится этакий промежуточный бассейн для накопления стоков. Но если такой мембраны нет, а вы просто пригнали экскаватор и выкопали яму для стоков, где растут камыши, рыба плавает, лягушки квакают и даже утки прилетели - это все равно сброс на рельеф, который был незаконно организован. Наличие уток в пруду не освобождает от ответственности. В Европейском союзе допускается сброс на рельеф в определенных случаях, в России запрещено.
Пример исполнения метанреактора и горелки.jpg
Фото: Пример исполнения метанреактора и горелки


DN: Получается, что небольшим предприятиям не выжить в таких экологических условиях?
МК: Абсолютно. Все ответственны перед нашим законодательством, вне зависимости от размера и объема предприятия: будь ты маленький сыродел или гигант – Данон. В Европе нормы не применяются ко всем одинаково, не доходят до абсурда. Предприятия не обязаны проводить биологическую очистку сточных вод. До сброса в реку воду очищают, только если предприятие очень большое. Небольшим сырзаводам, которые есть почти в каждом городе Германии и Швейцарии, не требуются локальные очистные сооружения, они экономически нецелесообразны. Условно говоря, два насоса, которые качают 10 и 100 тонн в час, различаются в цене не в 10 раз, а всего вдвое. Такие малые предприятия осуществляют сброс в канализацию без глубокой очистки.


DN: Есть ли снижение активности инвестиционных экологических проектов в молочной отрасли?
МК: На сегодняшний день мы видим очень резкое снижение всех инвестиционных проектов по причине того, что все современные молокозаводы чаще используют иностранное оборудование, а рубль резко упал в этом году. Второй вопрос пандемии - нарушены коммуникационные связи в плане подготовки и реализации проектов. И еще одна позиция - выжидательная, многие боятся что-то делать и просто ждут, когда все это закончится. На фоне пандемии появились эти второстепенные факторы. Если говорить про предшествующий период, то в 2019 году количество инвестиционных проектов увеличилось, что связано в том числе и с увеличением потребления молочных продуктов. Но хочется отметить, что с каждым годом государство поддерживает предприятия в экологической составляющей. Например, крупный сырзавод в Брянской области реализует очистные сооружения, и там основное финансирование осуществлено именно за счет государства. Но я надеюсь, что после пандемии иммунитет у всех появится, будет возвращение спроса к очистным сооружениям и здесь инвестиции должны если не восстановиться, то по крайней мере начать снова двигаться по восходящему направлению.
Стационарные очистные для молокозавода.jpg
Фото: Стационарные очистные для молокозавода

DN: Существует господдержка по установке очистных сооружений? Насколько она доступна?
МК: Откровенно говоря, господдержка в первую очередь доступна для водоподготовки бытовых нужд, например, предприятиям, которые очищают городские стоки либо наоборот, подготавливают воду для коммунальных нужд. Что касается бизнеса, тут есть точечные инвестирования под конкретные проекты. Причем предприятие должно за собственные деньги как минимум выполнить проектирование, получить разрешение на строительство — и в дальнейшем подавать заявки на инвестирование подобных проектов. Если говорить именно про молочные предприятия, я знаю как минимум два предприятия, которые такую господдержку получили на работу очистных сооружений: это сырзаводы в Брянской области и Мордовии. Причем в Мордовии есть акционерное общество с названием «Очистные сооружения», где город является одним из акционеров этих очистных. Там производится очистка и городских стоков, и стоков с молокозавода. В Брянской области очистные сооружения являются собственностью предприятия, но город был инвестором данного проекта.
Флотационная установка Flomar для молокозавода.JPG
Фото: Флотационная установка Flomar для молокозавода

DN: Существует ли субсидирование в Германии и Европейском союзе?
МК: В Германии такого я не видел - возможно, оно встречается на значимых предприятиях. Наверное, в первую очередь потому, что там нет такого количества противоречий в нормативной базе. Предприятиям, даже небольшим, не представляет труда выполнить минимальные требования по экологии.

DN: Расскажите про Ваши интересные реализованные проекты.
МК: Мы являемся поставщиком оборудования для компании Хохланд. Это одна из первых компаний, которая реализовала очистные сооружения - двум заводам уже более 20 лет, и именно там эффективно производится очистка. Предприятия открыты с экологической точки зрения, они периодически принимают представителей других компаний и показывают работу очистных сооружений. Также, на молокозаводе Пепсико имеется наше оборудование. Мы являемся поставщиком для компании Данон. Данон выделяется на фоне остальных клиентов, потому что у них достаточно сильная внутренняя экологическая программа, они смотрят на несколько шагов вперед и активно инвестируют средства в экологию. Они унифицировали очистные сооружения, что позволило компании минимизировать расходы и увеличить эффективность инвестиций. Компания интересна еще и тем, что в 2016 году организовала «День поставщика Danone» для поощрения своих лучших партнеров. Энвиро-Хеми стала победителем в номинации «Успешные инновации», что подчеркивает важность экологической стратегии компании.

DN: Вы работаете практически со всеми крупными компаниями молочного рынка. Вы монополисты в своей отрасли?
МК: В Германии существует 3-5 компаний, которые успешно работают с молочными компаниями. В России молоко - это отдельное направление, в которое вкладывается довольно много внимания и опыта. Мы не монополисты, но если взять все промышленные очистные сооружения для молокозаводов, то львиная часть проектов реализована нашей компанией. Все потому, что в 1999 году немцы обратили свой взор на Россию, инвестировали средства и мы запустили первые 4 крупных проекта в молочной отрасли, которые позволили нам занять устойчивые позиции, опередив конкурентов. В России в молочной сфере серьезных игроков - не более 5 компаний. Но проблема в том, что сейчас очень много желающих быть игроками, которые не имеют опыта, но уверены, что ничего в этом сложного нет. Поэтому очень важно выбрать эффективного подрядчика.

DN: Ваши клиенты — это компании с каким объемом переработки молока?
МК: Мы работаем со всеми. Безусловно, мы заинтересованы в крупных клиентах. Но возьмем, например, завод Valio в Звенигороде по производству плавленых сыров. Мы начали с ними работать по локальным очистным сооружениям, когда их объем составлял 10-20 тонн молока в сутки. Но, честно говоря, российские сопоставимые предприятия не особо проявляют интерес к установке серьезного оборудования, для них это очень дорого и нецелесообразно. Поэтому, наверное, наш клиент – это предприятия с переработкой от 50 тонн молока в сутки.

DN: Сколько стоит установка очистных для предприятия в 50 тонн молока в сутки?
МК: Стоимость будет зависеть от многих моментов. Например, сброс в реку или в канализацию. И также будет зависеть от типа предприятия: молокозавод или сырзавод. Например, если у молокозавода нет сыворотки и он сбрасывает в городские очистные, цена будет в диапазоне от 500 до 800 тысяч евро. Это стоимость оборудования, монтажных работ, обучения, но без учета строительных работ. Если бы у предприятия была сыворотка и она сбрасывалась в эти же очистные сооружения, это стоило бы около миллиона евро. Например, у нас есть сейчас проектирование небольшого предприятия, которое производит сыры. Объем переработки составляет как раз 50 тонн молока, но сброс осуществляется в реку. Стоимость данного проекта составила 950 тысяч евро.

DN: На что нужно обратить внимание предприятию перед выбором поставщика решений для очистных сооружений?
МК: Если Вы хотите построить очистные сооружения, необходимо правильно собрать все исходные данные: определить основные загрязнители и степень их концентрации. Кажется, что сделать это достаточно просто - нужно сделать пробу и получить данные. Но зачастую не все знают, как отбирать пробу, где ее отбирать и на что исследовать. Предприятие должно производить отбор пробы в течение 5-10 минут после начала первых моек, когда идет вытеснение продукции по трубопроводу, чтобы уловить основные загрязнения. Также надо учесть, что эта статистика должна быть не разовая, лучше получить анализы нескольких проб в день и на протяжении хотя бы недели, чтобы сформировать общую картину по составу воды, потому что от этого будут зависеть последующие инвестиции. Второй момент: лучше использовать опыт тех, кто уже этот путь прошел. Практически у всех предприятий, состав воды более-менее сопоставим. Многие компании готовы поделиться опытом, рассказать, на чем они набили шишки и как обойти все подводные камни перед началом проектирования. Все крупные концерны очень скрупулезно относятся к инвестированным проектам, поэтому выбранные поставщики ценятся в других проектах. Никто не хочет экспериментировать, а доверяет проверенным поставщикам, которые уже изучили всю технологию и накопили опыт.
Анализ сточной воды перед проектированием очистных сооружений в лаборатории Энвиро-хеми ГмбХ.jpg

Фото: Анализ сточной воды перед проектированием очистных сооружений в лаборатории Энвиро-Хеми ГмбХ

DN: Расскажите про российский офис компании. Почему он находится в Екатеринбурге, а, например, не в Москве?
МК: Начну с себя. В молочной отрасли я человек не случайный. Диплом писал как раз на молочном предприятии в Германии по переработке стоков с применением анаэробных технологий. Это большой сырзавод под Нюрнбергом, он перерабатывает тысячу тонн молока в сутки. В свое время меня студентом отправили на практику в Германию, там я уже начал подрабатывать в компании Энвиро-Хеми. Когда я вернулся в Россию, компанией в лице моего бывшего руководителя были заключены первые 3 контракта с молокозаводами. Головной офис нашей компании находится в городе Дармштадт, который имеет очень тесные исторические связи с Россией, в 30 километрах от Франкфурта-на-Майне, имевшего с Екатеринбургом прямое авиасообщение. А так как и я и мой руководитель из Екатеринбурга, все были семейные, решили не переезжать в Москву, а открыть офис на месте, потому что проекты у нас были по всей России. Мы, наверное, единственное крупное иностранное предприятие в сфере водопользования, которое имеет центральный офис не в Москве или Санкт-Петербурге.
Модульные очистные сооружения с высоты птичьего полета.jpg
Фото: Модульные очистные сооружения с высоты птичьего полета

DN: Насколько это усложняет логистику?
МК: Поставки оборудования никаким образом не усложняются - они идут напрямую из Германии на молокозавод. Но преимущественно наше общение происходит с предприятиями, которые находятся в центральном регионе. Офис в Екатеринбурге работает не только по России, а по всему бывшему Союзу: Беларусь, Украина, Казахстан, Литва, Латвия - мы работаем везде, где говорят или хотят говорить на русском языке. На текущий момент команда состоит из 35 человек, мы имеем собственные удаленные офисы, сервисные отделы, склады, чтобы они были расположены на комфортном расстоянии и для нас, и для наших клиентов. Я 20 лет работаю в одной компании, начинал сотрудником, который занимался запуском очистных сооружений на молокозаводах и пивзаводах, но постепенно дорос до генерального директора российского представительства компании. И за мной закрепилось направление по молочной части: предложение и технологический концепт разрабатываю полностью сам, а также рассчитываю спецификацию и выступаю в данной части как технолог.
Машинный зал модульных очистных сооружений.jpg
Фото: Машинный зал модульных очистных сооружений

DN: Какую долю в структуре продаж занимает молочное направление?
МК: На настоящий момент доля молочного направления составляет примерно 10 - 15% от общего числа проектов. Помимо этого у нас есть направления по производству напитков, по глубокой переработке зерна (в том числе крахмальное направление), убой и мясопереработка, детское питание. Это только пищевая отрасль, а еще есть металлургическая, машиностроительная, стекольная, угольная. Пищевая часть занимает в общем около 20 - 30%. Более того, у компании на ближайшие 5 лет разработана дорожная карта. Стратегически немцы видят глобальное будущее именно в молочной отрасли и будут пытаться довести ее долю с 15 до 25% прибыли. Уже был заключен контракт с новозеландской Фонтеррой, с которой мы видим стратегическое совместное развитие. Молочная отрасль для нас перспективное направление, так как наш опыт, безусловно, полезен и необходим для предприятий с современной экологической политикой. Читать другие интервью

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, авторизуйтесь


30.11.2020

Маркировка: вводить нельзя отложить

В информационном поле процесса внедрения маркировки “Честный знак” за прошлую неделю произошел ряд изменений. О деталях - в материале The DairyNews.
Рассвет-1, ООО (Саратовская обл)
Адрес:  Саратовская обл., Вольский район, с. Богатое, ул. Молодежная, д. 29-А 
 
Маркин А.Б., ГКФХ
Адрес:  Московская область, город Озёры, село Редькино 
 
Майа, СППК ММК
Адрес:  Саха /Якутия/ респ., Мегино-Кангаласский у, с. Майя, пер. Дорожников, д. 7 корп. 3 
 
Чернореченский, СППССОК
Адрес:  Хабаровский кр., Хабаровский район, с. Черная Речка, ул. Верхняя, д. 2Б литера А