01.10.2019
Источник: The DairyNews
Регион: Россия


Сергей Павлович Лыбань – владелец и бессменный директор «Сырного дома». The DairyNews удалось побеседовать с ним и выяснить, как он попал в молочную отрасль и каковы планы по развитию одного из крупнейших производителей сыров в стране.

О ПРЕДПРИЯТИИ

DN:  В этом году группе «Сырный дом» исполнилось 15 лет. Что из себя представляет компания? Как изменилось и выросло производство?

СЛ: Компании исполнилось 15 лет, а заводу в Ровеньках – основной производственной площадке - 65 лет. Наша компания изначально занималась дистрибьюцией, но мы быстро поняли, что за производством – будущее. И открыли первый цех по выпуску мягких сыров – под Воронежем. Эти 15 лет работы очень многое значили. Сейчас в компании трудятся 1300 человек, только на заводе в Ровеньках работает 650 специалистов. 

По итогам прошлого года мы вышли на уровень переработки 400 тонн сырья в сутки. 

В прошлом году существенно расширили ассортимент, и сегодня выпускаем уже около 200 наименований молочной продукции, включая 28 наименований сыра. 

В течение нескольких последних лет мы активно модернизируем этот завод. Например, в 2017 году запустили новый сыродельный цех в Ровеньках, который построен с учетом европейских стандартов. Автоматическую линию нам поставили испанцы – мы тщательно изучили рынок перед тем, как выбрать производителя. 

Ну а в целом – мы заявляли об этом в прессе - до 2022-го года компания планирует инвестировать в свое развитие более 3,5 млрд рублей. Ключевым инвестпроектом в рамках реализации стратегии станет новый проект c Bertsch Foodtec по увеличению производственных мощностей и ассортиментной линейки на белгородском предприятии  - ООО «Ровеньки-маслосырзавод». Здесь появится новая производственная площадка по выпуску полутвердых сыров. 

Кроме того, планируем завершение масштабной модернизации производства и фасовки сливочного масла, а также площадки по выпуску цельномолочной продукции и мягких сыров. Этим летом ввели в эксплуатацию мощности по нарезке и фасовке сыров. Там в сутки будет выпускаться до 20 тонн продукции (600 тонн в месяц). Такой мощности достаточно для удовлетворения как текущих потребностей компании в нарезке и упаковке сыра, так и будущих - с учетом планов по увеличению объемов переработки молока. 

Как я уже сказал, реализация общей стратегии потребует порядка 3,5 млрд рублей инвестиций, из которых 2,5 млрд рублей - средства, необходимые для возведения новой площадки.

Кроме того, текущий год компания начала с презентации нового дизайна флагманского бренда «Богдаша», объединяющего линейку цельномолочной продукции. Сегодня ценится сдержанность в оформлении, спокойствие, безопасность, экологичность, уверенность в высоком качестве продукта. Еще сегодня очень ценна информация и простота ее получения. Мы здесь тоже нашли выход: на каждой упаковке содержатся важные факты о продукте, помогающие потребителю с выбором и формирующие культуру потребления молочной продукции.

DN: Завод получил льготный государственный кредит на развитие производства. Как он Вам помог?

СЛ: Это отличная программа. Когда ты получаешь кредит ниже инфляции – это говорит о том, что все заинтересованы в развитии и продвижении – и это стимулирует производство. Государство заботится  о развитии АПК, а стратегия по импортозамещению благополучно реализуется и, я уверен, даст свои плоды. 

Еще в декабре 2018 года МПК «Сырный дом» и австрийская компания Bertsch Foodtec подписали соглашение о сотрудничестве при реализации упомянутого проекта по увеличению производственных мощностей  в Ровеньках. 

Bertsch поставит уникальное оборудование для модернизации действующих производственных мощностей белгородского предприятия. Проект, стоимостью 2,5 млрд рублей, позволит предприятию достигнуть объемов переработки молока в размере 1 тыс. тонн в сутки.

В ближайшие два года на белгородской площадке к действующим мощностям добавится еще один цех по выпуску полутвердых сыров. Здесь и будет установлена уникальная высокотехнологичная производственная линия австрийской Bertsch Foodtec. На первом этапе мощность составит 36 тонн готовой продукции в сутки. Второй этап предполагает увеличение объемов производства до 72 тонн.
По завершении проекта, после выхода новой производственной площадки на запланированную мощность, “Ровеньки-Маслосырзавод” станет одним из крупнейших заводов в России по переработке молока.

Наши специалисты системно исследовали рынок и сделали вывод, что оборудование австрийской компании - одно из самых лучших на сегодня и максимально отвечает нашим запросам. Инвестиционная инициатива реализуется в рамках проектного управления департамента экономического развития правительства Белгородской области. 

Кредитная линия открыта Банком ВТБ, сумма - 1,08 млрд рублей, финансирование осуществляется в рамках программы Минсельхоза РФ.

DN: Как движется строительство? 

СЛ: Сегодня реализация планов находится в активной стадии, стройка идет полным ходом. Планируем к зиме уже закончить все работы на уровне фундамента. Далее начнется возведение корпусов.

Сейчас завершаем работы по утверждению проектной документации. Вместе с властями области работаем над подведением коммуникаций: электричества, газа и т.д. К третьему кварталу 2021 года планируем получить готовый продукт. 

DN: Команда профессионалов Вашего завода – как она формировалась? 

СЛ: Как я уже говорил, предприятие работает 65 лет, и ни разу не останавливалось. Считаю, что лучший способ сформировать команду – вырастить специалиста самостоятельно. У нас многие работают и около 30 лет, но также есть и молодые специалисты. Наше предприятие – градообразующее, и зачастую те, кто здесь работает – дети тех, кто уже работал или до сих пор работает на заводе. 

О ПРОБЛЕМАХ И ЗАДАЧАХ

DN: Сегодня очень много негатива идет в сторону отечественного производителя молочной продукции – особенно в части использования пальмового масла. Как необходимо выстраивать взаимодействие с потребителем и сказывается ли на потреблении негативная информация в СМИ, высказываемая властями о фальсификате?

СЛ: Когда пресса и публичные личности говорят негативные вещи о молочных производителях, они должны понимать, что негатив распространяется на всю отрасль. Я одним из первых говорил, что весь негатив, направленный на сектор, приведет к потере лояльности со стороны покупателей. 

Сейчас мы видим: сложилась ситуация, когда человек заведомо делает выводы о том, что российская продукция некачественная. Я думаю, что проблема (большого количества фальсификата в молочной отрасли - ред.) во многом надумана.

Во-первых, стоит помнить, что больше всего пальмовое масло используют все-таки в кондитерской промышленности, а не в молочной. Но от конфет никто не отказался. Для производства натуральной молочной продукции не используются жиры немолочного происхождения. Компании могут вводить их в рецептуры для выпуска сырной продукции, спредов и т.д. Процент применяемости пальмового масла в чистом виде (как правило – это заменители молочного жира) в молочной отрасли крайне мал. 

Я подозреваю, что громкие высказывания о фальсификате направлены на то, чтобы люди пили меньше молока, чтобы дискредитировать отрасль, идет своего рода антиреклама молочных продуктов. 

Борьбу нужно вести не с пальмовым маслом, как таковым. Нужно бороться за честность перед покупателями со стороны всех производителей. Когда компании, использующие в своем производстве пальмовое масло, начнут указывать на упаковке его наличие, а не скрывать под замысловатыми наименованиями, мы выйдем на новый уровень развития пищепрома. 

Продукты на основе жиров растительного происхождения тоже имеют своего потребителя. К тому же не стоит забывать, что есть такой фактор, как платежеспособность населения, который напрямую влияет и на объемы потребления. Молокосодержащие продукты часто находятся в более низком ценовом сегменте, поэтому более доступны. Поэтому здесь корректно говорить именно о честности перед покупателем и предоставлении ему права выбора. 

Вообще я не вижу глобальной проблемы в вопросе с фальсификатом. Я считаю, что все эти разговоры об огромном количестве фальсификата преувеличены. 

Слово фальсификат в моем понимании неприемлемо. Есть молочные продукты, есть немолочные.

А слово “фальсификат” – инструмент коммерческой борьбы, его используют либо производители молока, чтобы повысить стоимость натурального молока, либо наоборот – те, кто обычное молоко не делает и агитирует за употребление растительных аналогов.

DN: Уже год эксперты отрасли говорят о стагнации потребления сыров. Можете ли Вы с ними согласится? Влияет ли это на производство?

СЛ: По моему мнению, покупатель скорее стал более избирателен, разборчив в продукции. Я не думаю, что у нас стагнация в потреблении. С точки зрения потребления сыра идет рост. 

А вообще по официальным данным госстатистики, реализация/продажа сыров населению в январе-сентябре 2018 года по отношению к январю-сентябрю 2017 года увеличилась на 7,1%, а в январе-марте 2019 года по отношению к январю-марту 2018 года прибавила 10,3%. Емкость рынка сыра (полутвердых и твердых, весовых и фасованных) - около 265 тыс. тонн в год (сети).

Поэтому здесь больше стоит говорить не о стагнации потребления сыра – у нас все-таки молочная страна - а о том, что российский потребитель стал более «разборчив» в продукции. Надо понимать, что в последние год реальные доходы населения падали, а сыр – это  продукт дорогой. Поэтому, когда покупатель хочет приобрести сыр, он четко понимает, какой бренд ему нужен и в каком количестве. Если раньше было большое разнообразие дешевой продукции на полках, и человек, не задумываясь, покупал, к примеру, 300 гр сыра за раз, то сейчас потребитель более требователен к товару и более расчетлив при оценке своего бюджета. Люди не отказались от сыра, они просто стали в нем лучше разбираться.

У России самый большой потенциал роста в производстве сыра – гораздо больше, чем у Европы или Америки

Потому что там традиции сыроварения  складывались веками, а сейчас показатели довольно высоки и стабильны. Мы же находимся в стадии активного развития.  Считаю, что немолочные продукты нас все-таки не поборют.

DN: Может, стоит продумать системные программы популяризации молока? 

СЛ: Да, возможно, государство должно и этим заниматься. Ведь есть у государства программы о вреде алкоголя, курения, программы по поддержанию здорового образа жизни. Почему бы к ним не добавить и программу по молоку - молоко приносит пользу.

DN: Ранее Вы говорили, что компании легко дался переход на «Меркурий», когда систему только ввели. На Ваш взгляд, обеспечивает ли ЭВС ветеринарный контроль и прослеживаемость молока? 

СЛ: Платформа однозначно хорошая. У честных производителей с ней проблем нет. «Сырный дом» уже в июле перевел весь ассортимент выпускаемых товаров, в том числе сыры и цельномолочную продукцию, к учету в системе электронной ветеринарной сертификации «Меркурий». То есть раньше обозначенного срока, не разделяя процесс на «две волны» (по закону в отношении готовой молочной продукции это правило действует с 1 июля 2019 года, для кисломолочной - с ноября).

Вообще ЭВС – хорошая штука, она дает глубину, дает возможность отсматривать продукт. «Меркурий» на сегодняшний день - одна из эффективных мер в борьбе с некачественной и небезопасной продукцией рынке. Эта система дает возможность «навести порядок» и среди самих производителей молочной продукции, и среди трейдеров, дистрибьюторов, которые ее закупают. Все это в комплексе создаст условия для правильной конкуренции.

В Европе Единая Ветеринарная служба уже давно работает, и, судя по тому, что там качество продукции достаточно высокое, то и у нас будет так же.

Мы оттестировали и запустили «Меркурий», у нас он отработан на всех цехах. Система, к слову, была разделена даже не на 2 этапа, а на 3 - «Меркурий» для сырья работает уже год – и мы год работаем с ним. 

DN: Вам предлагали участвовать в эксперименте по маркировке готовой продукции?

СЛ: Вопрос по участию в нем мы не сбрасываем со счетов. Пока собираем информацию и выполняем ряд процессов в тестовом режиме. Для решения вопроса о потенциальном объединении этих систем сначала необходимо в полной мере оценить эффективность «Меркурия», для чего потребуется время, а уже затем можно принимать решения о корректировке подхода к сертификации. 

DN: Есть мнение, что производство в России должно развиваться и ради экспорта. Готовы ли Вы поставлять продукцию за рубеж? Если да – куда и почему?     

СЛ: Это действительно только мнение. Экспортный потенциал страны будет понятен, только когда мы полностью избавимся от импорта. Сами европейцы говорят о том, что экспортный потенциал в России есть, но вопрос с сырьем еще глобально не решен. Ведь сыр - это продукт профицита молока. Но этого профицита в России глобально пока нет. Поэтому, если говорить об экспортном потенциале, то пока это какие-то молочные продукты в низком ценовом диапазоне, распространяющиеся на азиатский рынок. Насколько Россия готова к низкой ценовой категории, насколько мы готовы конкурировать с Европой, Латинской Америкой - вопрос. 

Стоить помнить, что в Европе сырье гораздо более дешевое, чем у нас. Там в среднем платят 30-32 евроцента (20-22 руб.) за молоко жирностью 3,6% и белок 4%, а мы за базовое молоко с более низкими показателями жира и белка платим больше.

Пока надо быть реалистами – это невозможно. Мы были бы готовы экспортировать только определенные виды сыров, сухие продукты в виде сыворотки, либо специфические – снеки и т.д. Но, честно говоря, пока не до этого. Есть цель заполнить внутренний рынок.

О СЫРЕ

DN: Как культура производства сыров формировалась на Вашем предприятии? Как развивали рецептуру и понимали, что должно быть главным? 

СЛ: Я повторюсь: нашему заводу 65 лет. Его история – история не одного поколения профессионалов. 

Предприятие у нас градообразующее, наш район мал. Накопленный опыт переходит буквально от родителей к детям. 

Это наша основная площадка. В 90-ые годы завод переживал непростые времена - были проблемы с сырьем, сбытом, работало устаревшее оборудование. Тогда многие предприятия, не выдержав конкуренции, поспешно закрывались. Но белгородское производство удалось удержать на плаву. Несмотря на все кризисные периоды, которые выпали на долю завода, он ни разу не останавливался - настолько крепкой там была команда. Мы вовремя заметили этот перспективный актив и начали его развивать. Предприятие вошло в состав нашей компании уже со своими сложившимися традициями, со своей культурой производства. Мы с уважением относимся к опыту и истории предприятиям, чтим их. Сегодня - это масштабное производство, а в перспективе станет одним из самых больших в стране. Мы со своей стороны уделяем большое внимание анализу рынка, тенденций. Особо тщательно изучаем опыт ведущих стран по производству сыра. Часто приглашаем европейских специалистов на свои площадки для внедрения новых технологий, обучения персонала. 

Чтобы производить качественный продукт, нужно погрузиться в историю, культуру классических, образцовых производств, поймать «дух» сыроделия.


DN: Как вы открываете новые рецепты? Вы откликаетесь на то, что имеет спрос, или что-то лично Вам интересно развивать? 

СЛ: Конечно, мы постоянно следим за настроем и предпочтениями покупателей. Рынок не стоит на месте, и, как я уже говорил, потребитель стал более «разборчив» в сырах: его надо радовать и удивлять вкусом. Над этим мы и работаем.

Даже смотря на европейский рынок, мы видим – рынок сыра в мире никто еще не консолидировал. Никто не стал монополистом в его производстве. Есть разные течения и направления: кто-то любит швейцарские сыры, кто-то – голландские, кто-то французские. Я считаю, что каждый производитель уникален по определению. У всех есть индивидуальные вкусовые качества, климатические и территориальные – все это имеет определенное влияние на сыр. Что-то повторять не получится – у каждого завода есть определенная база. Соответственно поиск рецептов – мы пытаемся создать что-то свое. 

Формирование культуры идет от покупателя, а формирование культуры производства - это наработки, которые накапливались годами, это - желание впитывать опыт, внедрять технологии, ориентироваться на передовых производителей. В нынешней обстановке мы стараемся отвечать тенденциям рынка, отслеживаем то, что в приоритете у покупателя. Находимся в постоянном поиске. 

DN: Сырье, которое используется на предприятии – откуда оно? На сыр ведь подходит не каждое молоко. Как в регионе обстоит дело с поставками сырья и достаточно ли его здесь?

СЛ: Мы находимся как раз на границе Белгородской и Воронежской областей, и они демонстрируют профицит сырья. Соответственно, все наше молоко – местное, его поставляют из округа радиусом в 200 км. 

Мы перерабатываем 400 тонн молока в сутки. Сырье закупаем в фермерских хозяйствах и крупных холдингах. Со многими из них работаем длительный срок, у нас сложились хорошие партнерские доверительные отношения. На протяжении долгого времени мы увеличивали количество перерабатываемого сырья, при этом не увеличивая количество поставщиков.

Своим спросом мы стимулируем прирост КРС и молока в этих хозяйствах.

Наш проект с Bertsch Foodtec существенно расширит пул поставщиков, потому что переработка молока достигнет объема почти 1 тыс. тонн в сутки. Важность проекта для сектора отмечал и белгородский губернатор Евгений Савченко.

В нашей области всячески поддерживаются именно производители молока. У нас есть общеизвестные лидеры, которые постоянно расширяют и открывают новые производства, постоянно создаютсновые современные фермы, а старые фермы обновляются и расширяются – наш регион в этом плане один из самых удачных. 

DN: Сколько компания производит сыров? Каков ассортимент?

СЛ: Объем переработки - 400 тонн молока в сутки. 90% уходит на сыры, 10% - на цельномолочную продукцию. Ассортимент в себя включает и твердые, полутвердые сыры, fresh-сыры - их порядка 28. Ну так чтобы назвать несколько – есть Гауда, Грюйер, Пармезан, Re’ «Verans»: с грецким орехом, красный и зеленый сыры, сыр с пажитником… 

DN: Как Вы думаете, почему в России нужно вкладываться в сыроделие в промышленных масштабах? Каковы перспективы этого бизнеса? 

СЛ: Вкладываться нужно, потому что в нашей стране фактически в течение 25 лет сыроделие умирало. 

Потому что не было традиций сыроварения. Сегодня российские производители наверстывают "упущенное". 25 лет никто масштабно в это направление не вкладывался. Сейчас активно развивается сельское хозяйство, отрасль молочного производства поддерживается на государственном уровне различными субсидиями и иными преференциями. Поэтому объективно - молока стало больше, а, значит, выросли возможности по производству сыра. Тем более, что государство поддерживает политику импортозамещения собственными производствами.

DN: Будут ли в стране развиваться малые сыроварни?
СЛ: Конечно, малые сыроварни будут активно развиваться, наряду с масштабными производствами. Это опять же связано с традициями сыроварения. Потребители оценивают вкус свежесваренного сыра, он им нравится. Каждый сыровар создает свой уникальный вкус. На рынке есть доля малых сыроварен, никто не отменял и малые рынки, и вкусовые пристрастия отдельных людей. Они заняли свою нишу. И я считаю, что у каждого клиента должен быть выбор. Есть выбор – есть конкуренция, растет качество продукции. Но это направление к глобальному развитию отрасли, конечно, отношения почти не имеет, оно скорее будет развиваться параллельно.

DN: То есть сыроделие - вполне перспективная отрасль?

СЛ: Смотрите, если взять по аналогии с сахаром – в какой-то момент у нас сахарные заводы все исчезли. А потом в какой-то момент сахарная отрасль начала развиваться, и рынок наладился, и доходы были высокие. Сейчас цена на сахар довольно низкая – я думаю, играет кризис перепроизводства. Но факт остается фактом: сахарная отрасль в 90-х гг у нас перестала существовать одной из первых. Был завоз сахара извне. 

Сейчас же сахарные заводы работают – и самостоятельно закрывают рынок по спросу сахара. То же ждет и молочный рынок - сектор цельномолочной продукции восстановился в полной мере, есть очень много крупных игроков. Теперь очередь за сырами. 

DN: Как Вы сами пришли в молочную отрасль? 

СЛ: Честно говоря, случайно. Я по образованию – экономист, моя специальность – экономика и управление производством. До того, как начать свой бизнес, курировал производство на воронежском авторемонтном заводе, который специализировался в основном на автомобилях марки «ГАЗ». Через год меня поставили на управление производством. Мне было 26 лет, и я уже стал заместителем директора. С тех пор мне и полюбилась сфера производств.

Но к концу 1990-х этот рынок начал сворачиваться, появились импортные машины, такие заводы постепенно отмирали.

На тот момент сфера производства и реализации продуктов питания оказалась более востребованной, что и послужило ключевым фактором в принятии решения открыть свое дело именно в этой области. Пришлось переквалифицироваться, и я занялся дистрибуцией продуктов -  сыра, масла - из Европы, ближнего зарубежья. Я быстро понял, что надо развивать свое производство, и через три  года у нас появился первый цех по производству мягких сыров. 

DN: Спасибо большое за беседу и большой удачи вам!

Читать другие интервью

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, авторизуйтесь

02.11.2019

Майские грезы

Цель, заявленная в майском указе президента РФ Владимира Путина - увеличить экспорт продукции АПК к 2024 году до $45 млрд. разделила экспертов на два лагеря. Одни считают, что этот план, хоть и амбициозен, но вполне достижим, другие вовсе не верят в его выполнимость. Что точно можно сказать - у инициативы есть очень много "если", и большинство этих условностей может решить само государство - через поддержку экспорта АПК. Что думают участники рынка по поводу роста аграрных поставок за пределы страны - в материале корреспондента The DairyNews.
Конкорд, комбинат питания
Адрес:  г. Санкт-Петербург, ул. Яблочкова, д. 12 литера Ц Ч.П. 6-Н пом. 37  
 
Баскаково-Агро,ООО
Адрес:  Смоленская обл., Гагаринский район, с. Баскаково, ул. Административная, д. 3 
 
Шмель, СПСК
Адрес:  Ульяновская обл., Инзенский район, г. Инза, ул. Сойгина, д. 5 
 
Инзамолпром, СССПК
Адрес:  Ульяновская обл., Инзенский район, г. Инза, ул. Фрунзе, д. 2Ф