Интервью с Игорем Елисеенко, генеральным директором компании «Молсиб»

Интервью с Игорем Елисеенко, генеральным директором компании «Молсиб»

DN: Игорь Анатольевич, вопрос с ходу: вы верите, что сырзавод «ЭкоНивы» будет запущен в Новосибирской области?

ИЕ: Конечно, верю. Проект очень значимый не только для региона, но и для всей страны. И неудачи в проекте могут восприниматься в масштабе страны. Вопрос – в сроках. Я надеюсь, что в ближайшие два года завод заработает.

Осенью мы наблюдали площадку – активно шло строительство.

DN: А он нужен региону?

ИЕ: Думаю, что да. Новосибирская область – как центр Сибирского федерального округа и она как срез ситуации по региону. Мы производим от 1500 до 2500 тонн молока в сутки и менее половины молока перерабатывается в регионе. Это непорядок.

Небольшой экскурс в историю. Я 23 года в молочном бизнесе и помню, что Новосибирская область была крупнейшей по переработке. Один на 800 тонн переработки по производству альбумина, завод ныне принадлежащий Пепсико, сегодняшнее «Северное молоко», регион был продвинутый, одним из первых начал производить стерилизованное молоко.

Потом произошла метаморфоза. Гормолзавод купил Юнимилк, ставший Даноном. Альбуминный завод закрыли и не только его.

DN: Почему закрыли?

ИЕ: Альбуминный завод купили инвесторы, далекие от молочного бизнеса и решили его просто снести. А завод Данон оптимизировали, перенося мощности в Кемерово, ушел известный региональный бренд кисломолочной продукции «Летний день», у них осталась в основном йогуртно-десертная группа. Завод «Сибирское молоко», который сегодня принадлежит PepsiCo – сократил переработку молока, и мы читаем новости про то, как он вкладывает 2,5 млн. долларов в линию по производству соков.

В конце концов из крупнейшего региона по производству молочной продукции, мы стали крупнейшим регионом по вывозу молока. Поэтому завод по переработке молока Эконивы нам нужен.

Фермы строят, но у нас их хватает, и нужно, я считаю, вкладывать деньги в строительство заводов. <…>

DN: Возвращаясь к «ЭкоНиве». На мой взгляд, запуск завода в Новосибирской области – это гвоздь в гроб алтайского сыроделия.

ИЕ: И да, и нет. Это будет продукт другого качества и фокус у этой продукции будет на экспорт. Это мое мнение. Продукция этого завода может быть, будет продаваться в страны Ближнего Зарубежья.

Алтайские заводы конечно будут оптимизировать, концентрировать производство и все равно найдут своего покупателя.

DN: У DIA есть гипотеза – Алтайский край в ближайшие годы из молочного превратится в мясной регион. В Новосибирской области достроится завод «Эконивы» и логично, что там будут строить другие заводы, ведь там находится третий по численности населения город России. Строительство завода «ЭкоНивы» будет стимулировать строительство новых ферм. И Новосибирская область снова станет молочным регионом. Правы мы или нет на ваш взгляд?

ИЕ: Алтайский край может сместить фокус в сторону производства зерновых культур: хорошая урожайность, экономика в растениеводстве. А вот мясное животноводство будет развиваться в предгорных районах, где сложнее с зерновыми. Скорее всего так и будет. А по молоку не только стагнация, но и падение производства.

Я воспринимаю Новосибирскую область как молочный край. Она по размерам чуть меньше Беларуси. Рельеф и условия примерно сопоставимы, кормовые культуры у нас очень хорошо растут. А размеры производства молока не сходятся. Я думаю, нам есть куда расти.

DN: А что с экспортом?

ИЕ: Вопросы есть. Экспортировать, к примеру, зерно далеко и дорого. Мы далеко находимся от всех портов. Доставка одного килограмма зерна составляет более 5 рублей без НДС. Это существенно – в стоимости продукта порядка 30%. Для продукции животноводства стоимость логистики не столь существенно влияет на конечную цену.

DN: А насколько «ЭкоНиве» логично открывать сырзавод в Новосибирской области? Может быть, был смысл открывать завод по глубокой переработке и производить ингредиенты? При всех перспективах снижения производства сыра на Алтае, все равно остаются такие сильные игроки как Рубцовский сырзавод PepsiCo.

ИЕ: Завод рассчитан на переработку 1150 тонн. Из них около 800 тонн будет идти на сыры. Остальное – кисломолочная продукция. Я думаю, учитывая их агрессивную политику захода в сети, они здорово потеснят на полках действующих игроков.

DN: По поводу рынка переработки молока Новосибирской области. Правда ли, что в какой-то мере транснационалы виноваты в том, что разрушился рынок переработки региона?

ИЕ: Изначально, крупные компании и их приход в регион были благом. Первое время так и было. К сожалению, руководства, принимающего решения в компании, в регионе нет. Все руководство находится в Москве. В результате – никто на месте ничего не решает.

В итоге приход транснационалов для нашего региона оказался злом.

Что касается ситуации в Алтае… Может быть выход в Сибири крупного предприятия простимулирует развитие производства сыров на Алтае в более качественную сторону.

DN: Возвращаясь к экспорту. Логистической инфраструктуры нет – о каком экспорте может идти речь?

ИЕ: Да, у зерновиков есть проблемы – нехватка элеваторов по отгрузке и хранению. С молоком немного другая ситуация – ты поставляешь готовую продукцию, она отгружается в вагоны-рефрижераторы со складов. Проблем с этим нет, по крайней мере глобальных. Железные дороги у нас есть, в том числе в Алтайском крае. На килограмм продукта животноводческого логистика для сибиряков будет не критична.

DN: Компания «Молсиб» занимается как сервисным обслуживанием, так и покупаете сырье для переработчиков?

ИЕ: Мы являемся дилерами «ДеЛаваль» сибирского региона, занимаемся его обслуживанием. Все передовые фермы региона – как правило наши клиенты. С 2006 года наш давний партнер один из лидеров молочного животноводства в РФ – Племзавод «Ирмень». Их доильный зал был первым в Новосибирской области, мы видели, как они выросли с 7 тонн на корову до более чем 12 тонн в год.

У нас есть два своих хозяйства – одно с показателями 8 тонн на корову, второе – 10 тонн на корову. Также собираем молоко у мелких хозяйств.

DN: У вас есть большой опыт, собственная сырьевая база. Не хотите строить свой завод?

ИЕ: Скорее всего, это будет. Но это вопрос времени. До 2021 года в компанию входил молочный завод, он и сейчас работает, довольно успешно. Мы готовимся. Скорее всего, следующий этап будет – переработка молока, возможно, в партнерстве с сильными игроками. Посмотрим.

У нас также растет производство молока – через 5 лет наша цель производить 100 тонн молока в сутки. Занимаемся этим вопросом.

DN: Если «Молсиб» будет заниматься переработкой, то в каком направлении?

ИЕ: Пока не готов точно говорить, думаю, мы не поймем в занятый рынок, где конкурентная борьба не имеет смысла и выдавливать можно лишь ценой. Я думаю, это будет уникальный продукт с гарантированным сбытом. К тому же, переработка молока мне близка, и я знаю, что в этом секторе настолько быстро все меняется, что, собираясь строить завод сегодня, к тому моменту, как ты его построишь – все сильно поменяется. <…>

DN: Племзавод «Ирмень» - заметный игрок в регионе. На фоне потерь позиций транснационалами как себя ощущает предприятие? Оно серьезно завязано на сильную личность руководителя, насколько это значимый регион на рынке сегодня? Может ли он пошатнуться?

ИЕ: Это один из сильнейших игроков на рынке. В том числе лидер по производству сырого молока. Я лично покупаю молоко именно производства племзавода «Ирмень». Потому что мы обслуживаем их оборудование, видим качественные показатели молока. Я уверен, что это натуральное, не разбавленное молоко.

Юрий Федорович Бугаков – личность легендарная. Ему сейчас уже за 80 лет, и он до сих пор возглавляет это крепкое предприятие. Я думаю, они будут развиваться и дальше.

DN: Сибирь и Казахстан. Как устроены взаимоотношения между двумя регионами в области торговли молочными продуктами? Кто импортер и кто экспортер?

ИЕ: Доля рынка казахстанских производителей очень небольшая. Возможно, где-то в приграничных районах. Мы поставляем в Казахстан также небольшие объемы.

Мы одно время поставляли заменители молока, белково-витаминные добавки. Это сложный рынок и там не любят чужих.

DN: Почему мы не рассматриваем Казахстан как интересный потенциальный рынок сбыта, который в принципе приучен к российским молочным продуктам?

ИЕ: Скорее всего, из-за цены. Мы не конкурентоспособны по всей линейке. Я могу сказать все про Новосибирскую область, но что происходит в Казахстане – сложно.

DN: Кого вы видите как потенциальных партнеров по экспорту молочной продукции?

ИЕ: В первую очередь, страны СНГ и страны ЮВА – Вьетнам, Монголия, Южная Корея, Китай. Эти рынки сбыта интересны.

DN: Сибирские производители много поставляют в Монголию? Насколько это перспективный рынок?

ИЕ: Не могу сказать сколько потребляет Монголия, поэтому сложно говорить о перспективах. Монголия завозит много кормов из РФ.

DN: Вы не только возглавляете «Молсиб», но и являетесь руководителем Союзмолоко.Сибирь. Как оцениваете работу организации?

ИЕ: С приходом на пост гендиректора Артема Сергеевича Белова, Союз получил новый толчок развития. Мне понравилось образование нескольких комитетов, которые ведут реальную работу по ключевым направлениям отрасли. В том числе в работе с маркировкой не последнюю роль сыграла работа Союзмолоко. Все инициативы Союза возникают путем обсуждения и это важно. Хотелось бы пожелать в дальнейшем и хороший фокус на развитие и поддержку мелкого бизнеса. Мелких производителей по всей России очень много и они активно растут.

DN: В 2019 году мы выбрали Артема Белова человеком года. Кого бы вы выбрали в этом году человеком, героем года? В России, в вашей области? А может быть, это один и тот же человек?

ИЕ: В России я бы выбрал второй год подряд Артема Белова. Я почувствовал работу возглавляемого им союза. В регионе я бы оставил выбор на Юрии Федоровиче Бугакове. У них тоже сложности были, они были поставщиками молочной продукции в социальную сферу, но они вышли, выдержали и смогли эту ситуацию переломить и закончить год с хорошими показателями по надоям и урожайности.

DN: Кто может быть антигероем-2020 года?

ИЕ: Сложный вопрос. Антигероев много и мелких. Нет смысла их выделять. Они и так антигерои.

DN: Как будет выглядеть молочная отрасль в 2030 году?

ИЕ: Есть фактор, который мне в регионе очень не нравится – производство «молочной» продукции Не из молока. Их очень много, они не принимают сырое молоко, не закупают его, но тем не менее производят продукт и куда-то его продают.

Я бы хотел, чтобы с такими предприятиями боролись. Я не знаю никакого человека, который хотел бы купить пальмово-говяжью смесь. Не надо вводить в заблуждение потребителей, с такими предприятиями надо бороться.

Расстраивает фактор, что многие из молодежи думают, что молоко вредное. Это чрезвычайно печально. Многие не знают, что такое лактоза, но считают, что она вредная.

Это самые большие риски и потребителя надо просвещать – иначе молочной отрасли будет трудно.

DN: Спасибо!

Смотреть полное видео-интервью по ссылке


21.12.2020

Возврат к списку

13.01.2021
Новый 2021 год начался с положительной для молочной отрасли новости: с 1 января в силу вступило Постановление Правительства РФ от 31 декабря 2020 года № 2398 "Об утверждении критериев отнесения объектов, оказывающих негативное воздействие на окружающую среду, к объектам I, II, III и IV категорий". Оно будет действовать до 1 января 2027 года. Это значит, что теперь молочные предприятия при условии, что у них установлены очистные сооружения или заключен контракт по очистке водных объектов с местным водоканалом, переходят из I категории опасности во II.
Читать полностью
Календарь