07.05.2018
Источник: The DairyNews
Интервью с Николаем Собиным, руководителем КФХ «Собин» и Аленой Собиной, директором ООО «Мир»

НЕМНОГО ИСТОРИИ

DN: Николай Иванович, как у Вас, у собственника холдинга «Собинагро», возникла идея посвятить свою жизнь сельскому хозяйству?

НС: Я не совсем собственник этого холдинга. Это объединение совершенно самостоятельных предприятий, решающих совместно ряд вопросов. Например, вопросы сбыта продукции. Совместно мы производим и продаем 70 - 75 тонн молока. И этот большой объем молока положительно влияет на нашу общую политику. В остальном у предприятий-участников объединения полная самостоятельность.

Делая свой выбор в профессии, я как сельский человек выбрал то, что ближе. Деньги не пахнут. Сегодня я доволен и счастлив, что мои дети сами способны зарабатывать для себя.

DN: Около 15 лет назад Вы решили создать именно агрохолдинг и выбрали разные направления деятельности?

НС: Нет. Все образовывалось в начале 90-х годов. По мере того, как мои дети росли физически и интеллектуально, становясь более продвинутыми в вопросах производства, продукции сельского хозяйства, происходило формирование тех структур, которые и существуют в данный момент.

Нами были выбраны направления: молочное животноводство, свиноводство, картофелеводство. Выбор делался по принципу того, чем занимается сельское хозяйство во всем мире: кормить людей. Основные традиционные продукты питания, которые возможно производить – это молоко, которое востребовано здесь, и для производства которого существуют благоприятные условия. Тоже самое относится и к свиноводству, но этим направлением занимается мой сын.

DN: Алена Николаевна, расскажите, пожалуйста, об истории становления Вашего предприятия?

АС: Наша история началась с 2006 года: мы выкупили это предприятие у «Воткинской птицефабрики». Мне на тот момент был 21 год, но мои родители полностью доверили мне возглавить предприятие. За 11 лет было сделано немало ошибок.  Сейчас, обладая уже достаточным опытом, оглядываясь на достигнутые результаты, я понимаю, что мы могли бы сделать это минимум в два раза быстрее.

DN: Почему в тот момент решили заняться именно молочным животноводством?

АС: Удмуртия традиционно связана с молоком. Все удмуртские предприятия нацелены, прежде всего, на производство молока. И мы тоже начали развиваться: каждый год что-то строили, делали.

DN: В 21 год Вы параллельно учились, где именно?

АС: Ижевская сельскохозяйственная академия. У меня диплом экономиста (бухгалтерский учет, анализ и аудит). Кроме того, это же семейный бизнес: мы всегда были с родителями и учились на их примере. Мы фактически выросли на ферме, в полях. Был и юношеский максимализм, отрицание: это же непрестижно, невыгодно. Сегодня я ни секунды не жалею об этом выборе. Мы в какой-то степени фанатики; люди, которые любят свободу. А эта работа делает меня свободной, и меня это полностью устраивает.

DN: Николай Иванович, сейчас непростая ситуация в сельском хозяйстве, как Ваши дети справляются с ней?

НС: Мои дети – это уже состоявшиеся люди от 25 до 37 лет, которые прекрасно осознают: чтобы иметь деньги, необходимо работать.

DN: Вы помогаете им советами или стараетесь максимально дистанцироваться?

НС: В основном, конечно, они действуют сами. «Стоять над душой» – такой задачи нет. Собираемся все вместе примерно раз в полгода, либо по необходимости. В движении денежных средств их предприятий я не участвую.

DN: Алена Николаевна, сейчас в молочное животноводство приходят люди из разных отраслей. Имея опыт в отрасли 12 лет, откуда Вы черпаете дополнительную информацию для управления молочной фермой?

АС: Прежде всего, надо использовать мировой опыт, не стоит изобретать велосипед. Учиться, применять и внедрять именно мировой опыт.

DN: На опыт каких стран Вы ориентируетесь?

АС: Америка – хороший опыт. Там мы и учились в свое время, и применяли потом по максимуму.

DN: Опыт каких стран, которые вы посещали, применим к Удмуртской Республике?

НС: Американский опыт. У них самая высокая продуктивность. Объемы, которые позволяют кормить и поить 300 млн. человек.

О МОЛОКЕ В УДМУРТИИ

DN: Как развивается молочное животноводство в Удмуртии?

АС: В Удмуртской республике очень большое стадо, много животных, но низкая продуктивность. Это связано с местным менталитетом: нам сложно на что-то решиться. И это, в свою очередь, накладывает определенный отпечаток на развитие сельского хозяйства. Тем не менее, ежегодно строятся и вводятся в эксплуатацию новые объекты; Удмуртская Республика показывает неплохие результаты по молочному животноводству. Сейчас именно то время, когда мы можем сделать большой рывок по продуктивности, потому что у нас есть резервы: животные, с которыми надо немного доработать. Для тех, кто хочет сделать свое предприятие прибыльным, сегодня предоставлены все возможности. Надо только воспользоваться.

НС: Производителям молока в течение последних 3-5 лет, оказывали помощь в виде возмещения части затрат на строительство и модернизацию комплексов. Кроме того, на один литр произведенного молока в нашей республике в этом году дотация составляет около 1 рубля 35 копеек. Данные денежные средства, безусловно, не лишние и являются неплохой помощью для нас. Хотя хотелось бы большего. Например, в Татарстане на один литр молока помощь составляет 5 рублей.

АС: Сегодня кризисные явления, и либо мы шагнем на новый уровень, либо «умрем». Для себя мы приняли решение о жестком бюджете: еженедельно отслеживаем все статьи. Контролируем абсолютно все: энергоресурсы – газ, вкручиваем энергоемкие лампочки, ГСМ в жестких рамках; полностью отказались от всех инвестпроектов, займов для сотрудников. По-другому никак. В этом и состоит задача руководителя – найти способы достижения определенной прибыли. На сегодняшний день, мы выдерживаем свой бюджет, мы не убыточны.

DN: Сейчас снижается закупочная цена на молоко-сырье, какова Ваша закупочная цена и как она изменилась по сравнению с прошлым годом?

АС: Закупочную цену я озвучить не могу по условиям контракта, но с сентября у нас заключен долгосрочный контракт с фиксированной ценой. И наши покупатели соблюдают все обязательства. Тем не менее, на определенный период мы немного пересмотрели условия контракта и договорились о снижении цены примерно на 20%. Все равно это очень хорошая цена, значительно выше, чем в среднем по республике. Сегодня, действительно, непростое время и для переработчиков молока, и для производителей.

НС: В Европе точно такая же закупочная цена, а в Америке еще ниже. Прежде всего, должно быть умение работать с теми ресурсами, которые мы получаем за счет производства молока: правильно их использовать. Развивать производство при ценах, сформированных в нашей сегодняшней реальности, вполне возможно. Безусловно, ряд «слабых» хозяйств уйдет с рынка, но это закономерно.

DN: Николай Иванович, Вы рассматривали строительство дополнительных комплексов не на территории Удмуртии, а там, где поддержка значительно выше?

НС: Это не мне уже нужно решать, а детям. И ответственность за движение денежных средств тоже нести им. Предыдущее строительство велось за счет кредитования. Большую помощь оказывало государство. Долгов у нас нет. Ведь молочное производство у всех складывается по-разному: у нас заработная плата сотрудников, на сегодняшний день, составляет 10 %, а если на ряде предприятий заработная плата возникает в размере 35-50 %, то работать рентабельно становится совершенно невозможно.

DN: В чем заключаются «непростые условия» для переработчиков, на Ваш взгляд?

АС: Во-первых, упал потребительский спрос. Действительно, начали пить меньше молока. Есть альтернатива более дешевого продукта. Например, Белоруссия завозит свою продукцию. В этой ситуации непонятна позиция государства, которое вкладывает большие средства в развитие сельского хозяйства, но не решает вопрос с границами, в связи с чем отсутствует эффективность этих вложений. Мы готовы работать без субсидий и дотаций, если государство гарантирует нам определенную цену.

ПРО 1 МИЛЛИОН ТОНН МОЛОКА

DN: Сейчас стоит задача производить один миллион тонн молока в Удмуртской Республике. Николай Иванович, на Ваш взгляд, это реальная цель и нужно ли вообще ставить подобные цели?

НС: Определенные цели в любом случае ставить нужно. Только производимое молоко должно быть конкурентоспособным.

DN: Каким образом должен строиться проект, чтобы реализовать цель по производству одного миллиона тонн молока?

НС: Этот проект не надо строить. Надо просто обозначить цель и работать на результат. В этом нет проблемы. Надо изучить реальные цифры и добавить продуктивность на одну корову. Кроме того, сейчас учат, как удешевить производство. Кто-то прислушивается, кто-то нет. Проанализировав данные моего предприятия, мы пришли к выводу о том, что можно сэкономить в месяц около 2 миллионов рублей, и при этом еще увеличить производство молока на 5 тонн. Просто необходимо действовать профессионально и грамотно, делать все своевременно. Например, доильный аппарат надо включить в 7 часов, а не на 5 минут раньше или позже. Из-за этой разницы в 5 минут возможно не дополучить условно 300 килограммов молока. Также и с кормлением коров, все должно быть вовремя.

DN: Если Вам в рамках проекта «Миллион тонн молока ежегодно» предложат строительство еще одного комплекса, согласитесь?

АС: Зависит от того, какие будут условия и какой будет рынок. Не готова сейчас ответить. Мы производим очень много нетелей в год, которых либо вводим в свое стадо, либо продаем. Моя новая цель на ближайшее время – продавать 1000 нетелей в год и производить 70 тонн молока. Мы просчитали, что при наличии субсидий и дотаций, выгодно оставить этих животных на предприятии и здесь производить молоко.

ОБ ООО «МИР»

DN: Алена Николаевна, какая у Вашего предприятия себестоимость производства молока?

АС: Порядка 17 рублей на сегодняшний день.

DN: Какое общее поголовье, у Вас на предприятии?

АС: ООО «Мир» имеет общее поголовье в количестве 4200 голов, дойное – 1700 голов.

Основные показатели молока: жир – 3,6%; белок – 3,2%, стандарт. За жир и белок мы отдельно деньги не получаем, поэтому мы работаем над валовкой.

DN:  Кому Вы сейчас сдаете молоко?

АС: Молочный завод «Нытвенский, Пермский край.

DN: Чувствуете ли конкуренцию со стороны республики Татарстан?

АС: Политика нашего предприятия такова, что мы производим очень качественное молоко. Благодаря этому, мы всегда находимся «над рынком». Мы сами выбираем с кем мы хотим сотрудничать; никогда не берем кредитов у молокозаводов; четко соблюдаем все финансовые расчеты с покупателями: максимальная отсрочка – неделя. При соблюдении высоких обоюдных требований, работать комфортно становится всем. Ведь 90% молока на территории Российской Федерации посредственного качества.

DN: Расскажете, как развивалась генетика на Вашем предприятии?

АС: Расскажу честно, как это делалось. Поскольку я не зоотехник, а бухгалтер, то из каталога я выбирала самые высокие цифры по двум показателя: TPI и Lifetime Net Meri. И уже из этих животных выбирал специалист. Мы всегда работали только с лучшими из лучших. Я верю в силу генетики. Именно поэтому мы завозили датских животных, это номер один в Европе по генетике. Однозначно, генетика – это 20 % успеха предприятия.

DN: Видите ли Вы какие-то проблемы относительно генетического потенциала вашего скота?

АС: Наша самая большая проблема – это очень разные животные по характеристикам, очень большое стадо. Встает проблема, как формировать группы животных: огромное стадо – огромные группы. Получается, что в одной группе 20, 35, и 60-литровая корова, и мы не можем пока что их разделить. Когда мы выровняем стадо, то еще добавится процентов 15-20 продуктивности.

DN: Какие еще проблемы существуют на предприятии?

АС: Проблем всегда много. У нас на хорошем уровне находится менеджмент предприятия, подобрана высококлассная активная команда. Мы всегда много внимания уделяли животноводству, и очень мало внимания уделяли растениеводству. В нем у нас большой провал, и сейчас мы будем семимильными шагами нагонять мировой опыт.

DN: Какие дальнейшие планы связаны с этим комплексом?

АС: На данный момент, у нас нет никаких конкретных планов. Два года назад я ставила себе цель продавать 40 тонн молока, сейчас мы их продаем. Теперь задумываюсь о том, чтобы продавать 70 тонн молока, ведь потенциал есть.

DN: Сельское хозяйство – бизнес сложный. Где Вы находите вдохновение в самые сложные моменты?

АС: Женщина делает что-то хорошо, если это приносит ей удовлетворение. Данная деятельность приносит мне удовольствие, иначе бы я этим не занималась. Помимо этого, я ищу вдохновение в творчестве, семье. Есть еще один бизнес для души – ателье (не для заработка, это творческая потребность). Стараемся создавать хорошие условия для себя и людей на работе.

DN: Вы бы хотели, чтобы дети продолжили работать в сельском хозяйстве?

АС: Если это будем доставлять им удовольствие. Для меня, например, важна свобода, я бы не смогла работать на кого-то. Но мне нравится то, чем я занимаюсь.  

ПРО СЛАБОСТЬ И СИЛУ

DN: Слабые предприятия приходят к Вам с целью объединения?

НС: Мы с женой сейчас продаем 20 тонн молока, можем и 30 тонн продавать, но нет необходимости увеличивать объемы в наших погодных условиях. Например, у нас из-за недостатка солнца никогда не вырастит кукуруза на зерно как в Америке или Канаде, что составляет существенную часть денежных затрат; и мы вынуждены покупать ее для комбикормов. Зато мы можем хорошо производить люцерну и кукурузу на силос. Остальное же покупаем дополнительно.

Тем не менее, промышленное животноводство у нас и в регионе, и в стране хорошо строится. Мелкие предприятия, которые существуют, лишь на какое-то время закрывали нашу «молочную дыру». В Америке 95-98% молока производят крупные предприятия с численностью дойного стада от 3000 до 5000 голов; а во время кризиса 2008 – 2009гг у них 30% фермеров разорилось.

DN: Для них ведь характерно максимально консолидировать большое количество скота на одной площадке?

НС: Да, именно так. Перестали существовать именно мелкие предприятия, остаются как раз крупные. Это более эффективно.

DN: По Вашему мнению, в первую очередь, надо обращать внимание на кормозаготовку?

НС: Это всегда необходимо, но есть недостаток специалистов. В наших институтах этому не учат, в отличии от Германии, например, где их обучают в полном объеме необходимых знаний, делая максимально эффективными экспертами в своей области. Причем, самих специалистов небольшое количество.  Ведь один агроном, приумножающий в процессе работы свой опыт, востребован 40 лет. Большое количество таких узконаправленных специалистов не нужно. В Германии они не могут работать не по специальности, поэтому обучение происходит с учетом того, сможет ли человек потом трудоустроиться.

DN: Вы имеете в виду, что изначально необходимо учитывать количество предприятий, нуждающихся в конкретных специалистах, и обучать их исходя из этого?

НС: Конечно. При этом, трех учебных точек в разных частях страны будет вполне достаточно. Например, Москва, Новосибирск, Краснодар. Сейчас же обучение проводится за счет государственных средств, а профессионалов фактически нет.

DN: Вы никогда не задумывались о том, чтобы преподавать в учебном заведении?

НС: Нет, время уже прошло. Кроме того, я получаю большое удовольствие от своей работы, а еще я почти 5 лет проработал министром сельского хозяйства в начале 2000-х гг. И за время моей работы надой на одну корову в регионе увеличился с 2900 кг. до 4500 кг. Этот момент весьма показателен. На сегодняшний день, республика Удмуртия по продаже молока находится на третьем месте по Российской Федерации. Впереди только Татарстан и Краснодар. А когда я начинал работать, мы были на 27 месте, но поставили себе задачу и смогли удержать поголовье. Позже, государство разрешило брать кредиты, что позволило нашему предприятию состояться.  

DN: Сейчас в связи с низкой ценой на молоко, все ждут поддержки от министерства. На Ваш взгляд, должно ли министерство вмешиваться в эту ситуацию?

НС: Цены на молоко периодически меняются, только это никак не отражается на молочной продукции в магазинах: там цена никогда не снижается. Хотя это должно происходить автоматически. И в этом случае должно вмешиваться государство, антимонопольный комитет. Ведь если молоко станет дешевле, то и его потребление увеличится на 30-40%. Соответственно, будут увеличиваться объемы производств.

DN: Как Вы считаете, почему снизилась цена на молоко по сравнению с прошлым годом?

НС: Основная причина – это «перебор» цены в магазинах. Помимо этого, много продукции не соответствующего качества.

DN: Существует версия, что это происходит из-за сухого молока, которое попало к нам из Европы через Белоруссию, и переработчикам проще работать с ним. Ваше мнение?

НС: Нет, об этом не стоит говорить. С сухим молоком и пальмовым маслом мы не конкурентоспособны.

DN: На Ваш взгляд, актуальна ли наша молочная продукция для экспорта?

НС: Все будет зависит от цены и от того, насколько конкурентоспособна будет наша продукция.  

DN: Николай Иванович, какое поголовье на Вашем предприятии?

НС: Численность дойного стада составляет 750 голов.

DN: Вы когда-нибудь задумывались о своей собственной переработки молока?

НС: Мне уже поздно этим заниматься, мое время ушло. Кроме того, переработка молока требует вложения большого количества денег. У нас по республике 5 перерабатывающих предприятий, которые смогли закрепиться. Они оказались в более выгодном положении. Мы с женой, на сегодняшний день, продаем 20 тонн молока, и у нас работает 50 человек, обслуживающего персонала; если заниматься переработкой, то придется создавать целую систему.

DN: Спасибо большое за интересную беседу!

madison
Пять лет назад мы работали по эмбриологии у главы этого замечательного семейства.
[URL=http://www.madison.pp.ua/udmurtiya-2013-sharkanskii-raion-kkh-sobina-ni]http://www.madison.pp.ua/udmurtiya-2013-sharkanskii-raion-kkh-sobina-ni[/URL]


Николай Иванович сумел зажечь своим примером детей и кажется сделал из них хороших бизнесменов в такой сложной области, как сельское хозяйство.

Николай Иванович с уважением говорит о промышленном производстве молока в крупных комплексах, однако сам строит относительно небольшие и удобные коровники, иногда на развалинах советского наследия.
В них и коровы живут дольше и людям работать проще.
Спасибо за интересное интервью

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, авторизуйтесь

10.08.2018

Цены будут расти?

По данным Центра изучения молочного рынка (ЦИМР), средневзвешенная цена на молоко в России составила в начале августа 21,30 руб/кг, что на 6,82% ниже августовской цены 2017 года. The DairyNews разбиралось в ситуации с ценой на российском рынке.
Вологодский молочный завод, ООО
Адрес:  Вологодская обл, г. Череповец, ул. Ленина, д. 48 офис 9 
 
Бацаев Рамазан Магомедович, ИП глава КФХ
Адрес:  Брянская область, Брянск, Советский 
 
Жирятинский агрогородок, АО
Адрес:  Брянская обл., Жирятинский район, с. Жирятино, ул. Ленина, д. 48-А 
 
Никулино, ООО АПК
Адрес:  Московская обл, г. Подольск, пос. Железнодорожный, ул. Большая Серпуховская, д. 202 А