18.01.2018
Источник: The DairyNews
Интервью с Игорем Московцевым, генеральным директором ЗАО «Кореновский молочно-консервный комбинат»

DN: Игорь Владимирович, поделитесь вашей историей становления предприятия.

ИМ: «Кореновскому молочно-консервному комбинату» очень повезло, ведь в 2002 году он обрел настоящего собственника в лице генерального директора Андрея Авенировича Лабуть (прим. ред.- генеральный директор ГК «Ренна»). Теперь холдинг включает в себя два комбината: «Кореновский» и «Алексеевский».

«Алексеевский» комбинат больше специализируется на сгущенном молоке, «Кореновский» комбинат с 2005 года активно развивает цельномолочное производство. Мороженое – наш самый новый и молодой проект. Тем не менее, этот проект один из самых успешных в молочной промышленности.

У комбината бывали и сложные времена: производство сокращалось, доходило совсем до небольших объемов переработки, чуть ли не до нуля. Потом возник новый импульс, и появилась наша «Коровка из Кореновки». До этого момента, производилось сгущенное молоко «Кореновское». Появление марки «Коровки из Кореновки» помогло отличиться от всех остальных производителей и дальнейшему успешному развитию.

На предприятие я пришел в 2010 году. В тот момент на предприятии работали 800 человек. Объем переработки молока составлял 200-220 тонн. По объемам производства: цельномолочное производство- 150 тонн, консервное производство – порядка 180 туб (прим. ред.- тысяча условных банок – эквивалент тонне, из литра молока получается одна условная банка).

В 2010 году ГК «Ренна» было принято решение о начале производства в Кореновске и выходе на рынок мороженого.


DN: Это вы придумали «Коровку из Кореновки»?

ИМ: Нет. «Коровка из Кореновки» - это бесспорное авторство генерального директора ГК «Ренна» Андрея Авенировича Лабуть. В 2005 году предприятие получило свидетельство о регистрации товарного знака «Коровка из Кореновки», но само производство началось раньше.

Я пришел в компанию, когда снова стоял вопрос о развитии направления «мороженое». Ранее его производили в небольшом количестве, но потом цех закрыли.

Все новые проекты – это тесное сотрудничество: технолог ничего не сделает, не понимая, как должно работать оборудование. Мне всегда доставались экспериментальные линии, новые проекты. Мне интересно достичь результата, запустить, наладить.


Я в отрасли мороженого с 1999 года, работал и на российских предприятиях, и на итальянских, активно изучал особенности европейского рынка, работал с рядом известных компаний, в том числе, занимающимися производством мороженого с 1939 года. Мои идеи нравились итальянцам. А некоторые из них нашли воплощение уже в Кореновске.

На Пятигорском «Холоде» (прим. ред.- известная марка с 1939 года) я работал инженер-механиком фабрики мороженого. Я закончил «Ставропольский политехнический институт» по направлению – машины и аппараты пищевых производств.


Меня всегда интересовала технология пищевых продуктов, потому что многие в нашей семье работали в этой отрасли. Например, отец 30 лет проработал на мясокомбинате. Дед руководил элеватором, потом комбинатом хлебопродуктов. В своей «домороженой» жизни я занимался всем. Полностью прошел «мясопереработку» от первичной до консервного и колбасного производства. Параллельно изучил все, что связано с производством: котельная, компрессорная, очистные сооружения. Производственный комплекс для меня знаком от начала до конца, потому что я это все «пощупал» руками, начиная с работы грузчика, слесаря, наладчика, механика и т.д.


ОТ ПРОИЗВОДСТВА ДО МАРКЕТИНГА


DN: Вы еще говорили, что работали в Италии.

ИМ: Да. Я закончил президентскую программу «Подготовка управленческих кадров для организации народного хозяйства». Это был самый первый набор. Данная программа продолжается и сейчас. После обучения на базе самых лучших ВУЗов по программе «Менеджмент» была возможность пройти стажировку в европейских компаниях по итогам отбора и собеседования. Предоставлялась уникальная возможность посмотреть, как работают иностранные компании, попробовать себя в реальной должности. Я работал в итальянской компании директором по развитию.

Как производственник я понимал, что не все зависит от самого производства, надо разбираться и в продажах, и в маркетинге.  Поэтому и пошел учиться писать бизнес-планы, разрабатывать новые виды, считать окупаемость.

DN: Как развивалась Ваша карьера после прохождения стажировки?

ИМ: В президентской программе я получил серьезные знания в области маркетинга. Твердо поставил себе задачу, что хочу идти в продажи, потому что я понимал всю производственную цепочку, но не знал почему потребители не берут тот или иной товар.

После президентской программы, я хотел устроиться менеджером по торговле на пятигорский хладокомбинат «Холод».  Но меня взяли с условием- первоначально проявить себя на фабрике мороженого, и только после этого они готовы были рассматривать переход в коммерческий отдел. И тогда я полностью погрузился в «железо»: строил, запускал, развивал, расширял.

DN: Игорь Владимирович, что вы такое сказали итальянцам, что взяли именно вас?

ИМ: Был разговор по душам. Я честно поделился своими результатами в работе.  Итальянцы в мороженом лидеры: идеи, технологии, оборудование. В стажировке все сложилось нестандартно. Люди, которые приехали со мной, попали в те места, где договорились. А фирма, в которой я должен был работать, не подтвердила договоренность с организаторами. И я сам обратился в компании, с которыми сотрудничал, например, «Тетра Пак», «Sidam», «Cattabriga», чем очень удивил организаторов. Таким образом, мне удалось объездить всю Италию: я побывал на заводах, где собирают оборудование, и посетил производственные площадки.

И хотя «Тетра Пак» не готовы были взять меня надолго, они посвятили мне полностью два дня. Я общался со всем менеджментом: от первого лица до руководителей отдельных производственных участков. Компания меня также познакомила со своими клиентами: маленькими, средними, крупными производствами мороженого.

Потом итальянцы активно мне помогали договариваться с производителями. Я был в Болонье, там известный производитель оборудования для кафе-мороженого – «Катабриджа»; потом в Генуе на семейной фирме, занимающаяся производством мороженного с 1939 года. У них я инженерил. Мои идеи понравились, и они мне даже заплатили.

После моего возвращения, у нас разошлись взгляды с Пятигорским руководством, хотя мы до сих пор и дружим, и общаемся. Кстати, здесь многие из Пятигорска, из Ставрополя, начиная от технического директора, начальника фабрики до наладчиков. Я считаю, наша команда самая квалифицированная и грамотная в отрасли.

DN: Как дальше развивались события?

ИМ: Итальянцы позвали меня работать по контракту.  Я был инженером, а в Италии это уже как статус, по развитию и новым видам и контракт позволял приходить или не приходить на работу, главное результат-самое важное в любой работе.  Мы и сейчас дружим и общаемся.


О НОВИНКАХ


DN: На «Кореновский молочный комбинат» Вы пришли на должность генерального директора?

ИМ: Да.

DN: Сейчас какие вы ставите перед собой задачи?

ИМ: У нас постоянно выходят новинки. Все наши предложения мы посылкой отправляем в  Ренну - управляющую компанию для дегустации. В последней посылке полтора десятка разнообразных новинок: начиная от новых рецептур, которые экономически более интересных, до новых продуктов. Например, недавно компания Ренна презентовала абсолютную новинку – «Молонез».

Мы угадали категорию, покупатель должен его оценить. Майонез очень калорийный, а у «Молонеза» жирность 15 процентов. И кисло-молочный соус «Молонез» с настоящими заквасками более полезен.

DN: Помимо расширения ассортимента, возможно предвидится модернизация предприятия?

ИМ: По переработке молока мы выросли в три раза. Во время сезона численность людей составляет 2300. Кроме того, выросла производительность труда одного работника.

В группе компаний «Ренна» и соответственно на ЗАО «КМКК» есть правило – мы не стартуем проекты, у которых окупаемость более, чем три года. Стремимся к двум годам, и вкладываем только свои заработанные деньги. Заемные средства есть, но они нам нужны для оборота, иначе возникает разрыв - за молоко мы платим сразу, а за готовую продукцию с нами рассчитываются спустя месяцы.


Проект «мороженое» мы запустили с 5 млн. рублей, окупили их через два месяца. В 2016 году произвели 20 тысяч тонн, а в 2017- опять улучшили результат.

В этом декабре 2017 года по данным NIELSEN в категории “ПОРЦИОННОЕ МОРОЖЕНОЕ “ на рынке России – Топ Бренд и безоговорочный лидер мороженое «Коровка из Кореновки», которое увеличило долю на рынке до 8,9% во всех регионах с самыми сильными позициями на Юге!

Небольшой производственный участок за несколько лет превратился в ФНМ-Фабрику Настоящего Мороженого.

Это наш подход к реконструкции: мы стараемся вначале все протестировать, понять реакцию покупателей на наши предложения.  Новый продукт «Молонез» мы тоже запустили на имеющемся, доработанном своими силами оборудовании. Не потратили ни рубля. Была лишь локальная переделка участка. А сейчас, когда мы уже осознаем реальные объемы и то, что нам необходимо для этого, и можем спокойно покупать производительные линии.

DN: Кто придумал «Молонез»?

ИМ: Сама идея принадлежит Андрею Авенировичу, он в компании главный маркетолог. Исполнение –командная работа технологов, производственников, мы придумывали как это осуществить, когда концепт был уже понятен. Мы запатентовали «Молонез» как промышленный образец, и теперь это защищенное название и сам продукт. Подготовка была длительная и тщательная, но сейчас можно смело работать.

DN: Расскажите, как вы планируете продвигать «Молонез»?

ИМ: Мы долго думали на какой полке он должен стоять: на молочной или рядом с майонезом. В реализации продукции очень сильно помогает известность бренда.

У нас есть дочерние предприятия, собственные дистрибьютеры, обеспечивающие поставку, и которые являются самым надежным каналом обратной связи. Мы проанализировали данные и уже ведем переговоры с торговыми сетями. Есть интерес, есть предварительные договоренности. Поддержка будет, но работа в сетях – это один формат, что касается торговых точек, то мы их брендируем. Кроме того, мы решили на баночке с «Молонезом» добавить информацию о продукте.


DN: Где Вы реализуете свою продукцию?

ИМ: В зависимости от срока годности определяется и география продаж. Если говорить про сгущённое молоко, то наша группа занимает лидирующие позиции в Российской Федерации. Наша доля рынка- 25-26%. Сгущенное молоко можно довезти до самых окраин, поэтому мы представлены везде. Причем, не только в пределах Российской Федерации, но также в Ближнем зарубежье, СНГ, Дальнем зарубежье, есть поставки в Великобританию, Европу, Америку, Китай, Тайвань, Вьетнам.

Второй продукт, который можно также далеко отправлять – это мороженое. Мороженое – не просто интересный продукт, это еще решение сырьевого баланса: есть периоды, когда молоко вынуждены приобретать и превращать его во что-то нужное. Мороженое, как и сгущенку можно положить на склад и сделать запас.

Это наше существенное преимущество, потому что в период новогодних каникул многие поставщики молока обращаются к нам с просьбой принять молоко.


РАБОТА С ПОСТАВЩИКАМИ


DN: Как Вы выстраиваете работу с поставщиками сырья?

ИМ: Безусловно, приоритет отдаем тем, кто работает с нами круглый год, верит нам. Это и есть настоящее партнёрство. Наши партнеры и крупные агрохолдинги, с которыми многолетние уважительные и дружеские отношения, и небольшие производители молока, и частный сектор. Например, сейчас мы помогаем фермеру из соседнего района: увеличили производство молока на его базе в два раза.  В сутки производство молока сначала достигало 7 тонн, потом 10 тонн, теперь планируем 15 тонн. Мы строим с ним ферму, покупаем нетелей. Помогаем, абсолютно не претендуя на долю собственности, он ценит это. Подобные проекты приводят к тому, что у нас появляются монопоставщики, которые точно не будут работать с конкурентами. Мы никогда не подводим поставщиков, они это знают и ценят.

Например, когда были снежные заносы с ледяным дождем, застрял «олимпийский огонь», хлеб развозили на военных машинах, а наши молоковозы доехали до каждой фермы и забрали молоко. Свои обязательства мы выполняем всегда.

Более того, как вы видите, у нас на упаковке мороженого и сгущенного молока есть Еврономер. Мы прошли очень серьезный аудит еврокомиссии. Относительно нашего производств я был спокоен, здесь у нас все хорошо. Но надо было показать, что и производство молока-сырья происходит в соответствующих условиях. Это была очень серьёзная проверка! И наши сельхозпроизводители с честью ее прошли.

DN: В Краснодарском крае «Кореновский молочный комбинат»- лидер по переработке молока-сырья. Однако, по данным ЦИМР дефицит сырого молока для промышленного потребления составил в 2016 году порядка 187 тысяч тонн. Чувствуете ли вы нехватку сырья?

ИМ: Цена на молоко-сырье в Краснодарском крае самая высокая, если сравнивать в целом по стране. Она формируется в зависимости от предложения, поэтому – да, дефицит есть. Базовая цена без НДС варьируется от 23 до 25 рублей. Если пересчитаем в физическую цену на жир и белок, то это от 26 до 28 рублей.

В данный момент наблюдается профицит молока. Обычно в это время цена на молоко растет, но сейчас она падает. Год нестандартный – в следствие снижения спроса, покупателям нужно меньше молочных продуктов.

DN: Сколько у вас сейчас поставщиков?

ИМ: Больше 30 крупных хозяйств. Поставщики разные. Частных хозяйств около 200. Мы их не бросаем, хотя крупные отказались от частников, потому что с ними много проблем: нестабильное качество, культура производства и порядочность.

Альтернативный поставщик сырья – кооперативы, но мы пока не реализовали эту идею. Именно они могут дать тот реальный объем молока, который необходим.

Если будут только крупные хозяйства, и не будет маленьких, то поставщики начнут загибать цены. В связи с этим, их конкуренция для нас интересна: молоко из частного сектора по цене предпочтительнее. Вопрос заключается в том, как обеспечить качество. Это целая программа.

DN: Какое вам нужно молоко по качеству?

ИМ: Основной объем – высший сорт. Обратите внимание, на упаковке нашего творога написано, что срок хранения составляет 14 дней. Это означает, что мы убедились, что данный продукт может храниться 21 день. Здесь в составе только молоко, нет ни консервантов, ни стабилизаторов. Его качество обеспечено входным сырьем и условиями производства.


Раньше у нас были открытые ванны в творожном цеху, стоял дрожжевой запах. Сейчас в творожном цехе очень вкусно пахнет. Весь процесс закрытый от начала до конца. Минимум контакта с едой. Даже климатическая установка стоит, воздух чистит, все кондиционируется, фильтруется. Продукт упаковывается среди защитного газа, и без всяких дополнительных добавок спокойно доходит до покупателя.


ЭКСПОРТ- 300 МЛН. РУБЛЕЙ В ГОД


DN: Какие объемы поставок на экспорт?

ИМ: Экспорт- это не объемообразующие поставки для нас. Мы эскортируем на 300 млн. рублей ежегодно.

Основной наш рынок – это Россия и особенно ее южная часть. На юге мы дома, нас здесь знают.

Между прочим, существует значительная разница во вкусах, сформировавшихся в разных регионах. Когда мы пришли со своим кефиром в Москву, нам сказали, что он слишком резкий. Хотя это и есть настоящий кефир!

Я часто бываю в Москве и покупаю продукты разных производителей, так вот Центральная часть России пьет недозревший кефир или сделанный на сухих заквасках.

Наш кефир на настоящих грибах, набирает резкость и вкус. В связи с этим, сейчас у нас две рецептуры кефира: южная и центральная.

Также стали поставлять молоко в другие регионы. Сначала дошли до Воронежа, там соединились с нашим вторым комбинатом, потом решили пойти в Москву. Но не в крупные сетевые поставки, а взяли торговые точки, которые посчитали индикаторами. Продавали сами, потому что нереально работать с дистрибьюторами, т.к. там жесткие, невыносимые условия для производителя. Москва – рынок перспективный, но там тяжело состояться.

Наша география продаж очень широкая, а сгущенное молоко и мороженое постоянно увеличивают свое присутствие. Нас в Китае принимают очень хорошо. Это же наше мороженое подарили китайскому лидеру.

Мы, на самом деле, получаем очень много положительных отзывов и на сайте, и на почту, и на горячую линию.

DN: Сотрудничаете ли вы с организацией «Российский экспортный совет»?

ИМ: Да. На ««Кореновском молочно-консервном комбинате» есть отдел внешней экономической деятельности. Это группа специалистов, которые занимаются декларированием. Мы даже установили свою программу, чтобы не обращаться к внешним компаниям. Это экономически выгодно: программа оправдалась меньше, чем за полгода.

Нам приходилось защищать свою интеллектуальную собственность, поэтому мы знаем, как вести себя на внешних рынках.

Экспортируя в Китай, мы одни из первых решили вопрос поставок молочной продукции в соответствии с ветеринарными правилами и нормами. Поэтому иногда мы сами делимся своим опытом с экспортным центром. Мы в очень хороших отношениях, и дальше планируем развивать наше сотрудничество. Есть реальная поддержка.

Нас интересуют программы, позволяющие защищать интеллектуальное право на внешних рынках; и существует специальная программа поддержки российских экспортеров правительством.

Мы хотим в этом участвовать, поэтому контактируем.


СНИЖАЮЩИЙСЯ СПРОС


DN: Игорь Владимирович, Вы замечаете снижение спроса на молочную продукцию?

ИМ: Это временная тенденция. Я был на презентации института питания: мы-россияне, недоедаем тех физиологически рекомендованных норм молочных продуктов, впрочем, как и остальных. А это здоровье нации! В Госдуме готовятся правки в закон.

Сейчас уделяется пристальное внимание, чтобы обеспечить нас качественным рационом, начиная от сырья до готового продукта. В Советском Союзе был дефицит, но, если посмотреть на объемы, то мы всей мороженой отраслью еще не приблизились к тем объемам, которые были тогда в РСФСР.  Аналогично с мясом, с молоком.

У наших партнеров агрохолдинга «Кубань» в г. Усть-Лабинск есть презентация, которая подтверждает насколько глубоко они ушли в науку. Они занимаются вопросами воспроизводства стада. Удивительно, но они вывели негеномодифицированную кукурузу! Оказалось, что есть и ученые, и возможности, и бизнес, готовый инвестировать в такие исследования.

В отношении молочной продукции важная составляющая – это цена. В связи с этим, мы не отменяем пленочную упаковку кефира и молока, которая продается по низкой цене. Кроме того, на это пленочное молоко торговые сети по закону не требуют определенные коммерческие условия. Население может позволить себе эту продукции, а производитель- заработать.

Если же покупатель не покупает молочную продукцию, то возникает профицит, и цена падает. Молочникам становится неинтересно инвестировать в свое развитие. Замкнутый круг.

Министр сельского хозяйства Краснодарского края четко сказал, что все проекты поддержки молочного животноводства будут реализовываться. Все профессионалы в данной области сейчас зарабатывают, развиваются, расширяются.

Помогает то, что в Краснодарском крае всегда действовало соглашение, которое курировалось министерством сельского хозяйства: сколько должен зарабатывать производитель молока, переработчик, «торговля». Было рекомендованное равновесное состояние. Есть инструменты и рычаги, чтобы держать всех в рамках. Безусловно, главный регулятор – рынок, но власть может навести порядок в регионе. В Краснодарском крае сохранили молочное животноводство, именно потому что уделяли внимание и разговаривали со всеми участниками цепочки.


О! «МЕРКУРИЙ»!


DN: Введена ли у вас система «Меркурий»?

ИМ: В этом проекте мы продвинулись достаточно далеко. Проще всего реализовать производственный этап. Мы задавали вопрос Роспотребнадзору- зачем ветеринарный сертификат должен быть на торговой полке, пусть даже и электронный. Лучше бы он оставался на этапе производства. Мы не против прогресса, но система пока недоработана.

Кроме того, в связи с этим получается, что надо отменить HACCP, систему менеджмента качества.

Тем не менее, у нас создана рабочая группа, готовимся к введению «Меркурия», ведь это затрагивает все сферы. Мы видим сложности и угрозы не только для себя, но и особенно для маленьких поставщиков и торговых точек.

Мы проводили совещание всей компании относительно системы «Меркурий», чтобы синхронизироваться кто на каком этапе развития, потому что у всех своя специфика в этом проекте. Для того чтобы запустить «Меркурий», нам надо запустить автоматизацию склада, внедрить новые процессы, закупить маркировочное оборудование, чем мы и занимаемся в плановом режиме уже больше года.

Сейчас приступили к этапу реализации на консервах, там проще: нет той динамики и скорости, которая нужна в цеху цельномолочной продукции, потому что налитое в бутылки или пакеты молоко должно сразу идти в машину, а еще оформление заказа, соответствие количества и т.д. К тому же бывает, что упало, разлилось, клиент не принял, исправление документов и т.п. Если еще к этому и сертификаты прибавить…

Очень много технических и организационных нюансов, много сложностей, связанных с рабочими моментами, которые никто не знает, как решать. Например, сейчас на единицу продукции надо наносить информацию с помощью штрих кода о дате производства, дате окончания, номере партии. Это можно напечатать, но как это сделать онлайн, если не вся продукция попадает на транспортер, на который можно поставить принтер.

По сути дела, мы должны еще один цех построить, чтобы технически реализовать все требования, а это большие инвестиционные затраты. Помимо этого, еще много неразрешенных вопросов: учет товаров на складе, адресное хранение, время вноса информации о производстве, маркировка, выполнение требований сетей, организация умного склада WMS.

WMS – это автоматизированная система учета с помощью сканирования штрих кода определяет позицию, место на складе, дата, признак, загрузочный лист. Программа сама определяет, чего не хватает, сигнализирует о том, что заказ не закрыт или возникла ошибка, мгновенная инвентаризация и т.д. Каким образом кладовщик должен контролировать и предоставлять информацию? У нас в этом году было более 70 складов хранения по всей России. Мы управляли складом, который находится в Челябинске, отсюда выписываем онлайн документ в каждую торговую точку. Каждый магазин, а их 5 тысяч, отправляет заказы напрямую в базу, их надо суммировать, обработать, выполнить и обеспечить день в день, потому что большие штрафные санкции. И как нам все это соединить с ветеринарной документацией? Но мы пробуем…


ПОДДЕРЖКА ВЛАСТИ


DN: Власти Краснодарского края поддерживают вас? Вам же была предоставлена субсидия по возмещению процентной ставки по кредитам, было выделено порядка 84 млн. рублей?

ИМ: Сумма неверная. Нам выделили 18 млн. рублей на производство сливочного масла. Раньше субсидии предоставлялись переработчикам на весь объем приобретаемого молока и субсидировали ставку по коротким годовым кредитам. Этими субсидиями мы пользовались, все эти деньги перенаправляли в развитие молочного животноводства: передавали их в виде займов на покупку доильных установок, охладителей, ремонт, нетелей, комбайны. Мы точно знали на что потрачены деньги.

Сейчас субсидию дают производителям молока, но нам кажется она растворяется в общих потребностях. А мы как заинтересованная сторона принимали расчет молоком, полученной прибавкой. Удобно, комфортно, прозрачно.

DN: До какого года действовала субсидия?

ИМ: До 2012 года. Потом перевели на литр производимого молока. Сейчас есть поддержка молока, которое идет на производство сливочного масла, но это небольшой объем. В этом проекте участвуют банки.

На данный момент, поменялась сама система: деньги не в министерстве, работаешь с банком напрямую. Мы получили кредит в размере миллиарда рублей, но там много нюансов. Например, раз получил – должен его освоить. Хотя сейчас мы работаем с «Газпромом», у них нормальные условия по невыборке.

Проблема в том, что сегодня себестоимость производства масла из нашего местного молока соответствует рыночным ценам, а если будет наоборот? Если производить масло невыгодно, то и субсидии не нужны. Есть определенные нюансы, но мы пользуемся этой поддержкой.

DN: Вы попали в число счастливчиков, далеко не всем дали поддержку в этом году.

ИМ: Давали не нам, давали банкам. Банки обращались ко всем, кто с ними работает, нужно/не нужно. Если нужно, дайте заявку.

Нам выделили порядка 18 млн. рублей (это если пересчитать льготу по процентной ставке) на молоко, которое идет на производство сливочного масла. Мы посчитали объемы на годовые потребности. Кстати, это максимальная сумма, больше нельзя.

Эту программу хотят продолжить и на следующий год.

Есть еще инвестиционные деньги на развитие. Сначала сказали, что дадут, и мы подали заявки; потом появилось уточнение по направлениям. На фабрику мороженого их не выделили; а производство вафельных стаканчиков возможно получить, так как есть определенные разрешенные категории, хлебопекарная, например.

Инвестиционные деньги идут исключительно на точеные, адресные отрасли и сферы. Мы бы хотели профинансировать полностью нашу программу по развитию, но не все возможно.


ИТОГИ ГОДА


DN: Игорь Владимирович, расскажите каким был для вас и для предприятия 2017 год?

ИМ: Сложный и интересный. Любые изменения тянут за собой необходимость расти с тем же темпом, с которым растет география. Мы часто открывали производство с нуля: придумывали проект, реализовывали его. Этап реализации очень важный, его не сравнить ни с чем по значимости.

В 2017 году мы воплотили в реальность много разных идей. Был и сложный момент: выделилась в отдельное юридическое лицо «Фабрика настоящего мороженого» путем разделения двух предприятий. Процесс очень сложный: создать из одного предприятия два, да еще чтобы было корректно с точки зрения налогов и взаиморасчетов; перевести поставщиков на новое юридическое лицо; покупателей на прямые договора. Работа в двух системах – серьезная нагрузка. Зато теперь все производимое мороженое – это «Фабрика настоящего мороженого». За исключением того сегмента, который идет на внешний рынок: он производится на комбинате, потому что в связи с санкциями получить Еврономер очень сложно. Мы оставили одну универсальную линию, поэтому технически это стало возможно.

DN: Какие у вас планы на 2018 год?

ИМ: У нас этот год рекордный по количеству реконструкций. Мы плавно за эти 7 лет вырастили команду, знания, компетенцию. У нас есть собственные силы, но также мы привлекаем подрядчиков: фирма, которая создавалась с нуля, на наших глазах, работает с нами на протяжении длительного времени, до сих пор.

В этом году построили склады готовой продукции, построили приемное отделение, ликвидировали аммиачно-компрессорный цех, запустили фреоновую компрессорную, сейчас продолжаем строить фабрику мороженого. Есть еще планы на расширение!

Наше отличие заключается в том, что мы производим только ГОСТовское мороженое. Остальные производят ассортимент, где ГОСТ – это не основное. Мы же производим абсолютный ГОСТ и только пломбир. Также сделали несколько видов: низко калорийное йогуртовое, фруктовый щербет. Будем и дальше продолжать, увеличивать свои возможности.

Сделав замечательный творог, мы уперлись в предел, потому что спрос на него превышал предложение. Понадобилась реконструкция. Сейчас цех готов, но заказы упали. Вот Вам и риски! Мы проводим анализ, где мы что-то упустили. Хотя дело, скорее всего, в цене. Посмотрите на полку: такой разброс цен!

В связи с этим, мы даже давали рекомендацию, как защититься от подделок. Население надо информировать сколько стоит литр молока: в среднем на килограмм творога надо 7 литров молока. Конкуренция должна быть правильная!

Планов и проектов у нас много, и относительно продуктовых новинок, и относительно различных направлений. Например, в аэропорту есть наше кафе, и мороженое, и сырники из своего творога, и пирожки собственного производства. Это как раз то, что появилось в 2017 году. Кстати, и «Молонез».

DN: Какие пожелания к коллегам из молочной отрасли на 2018 год?

ИМ: Пожелание, чтобы все производители работали по-честному, конкуренция должна происходит в правовом поле! Мы общаемся со всеми представителями отрасли в Краснодарском крае и знаем, кто не занимается подделками.

Еще одно пожелание, чтобы молочных продуктов потребляли больше! Чтобы было больше сырья! Чтобы цена на него была приемлемая! Чтобы покупатели могли приобретать готовый продукт и позволить себе включить в основной рацион молоко, сметану, творог, кефир.

Традиционные продукты должны присутствовать в каждой семье!

DN: Спасибо.

Материал подготовлен при партнерстве с компанией Kieselmann



Информация о предприятиях, упомянутых в статье:

загрузка карты...

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, авторизуйтесь

08.11.2018

Трудности молочного экспорта

Россия подписала протоколы о поставках молочной продукции и мяса курицы в КНР. Минсельхоз ожидает, что первые поставки молокопродуктов будут осуществлены уже в этом году. Хотят ли этого российские производители? Разбиралось The DairyNews.
Маяк Высокое, ОАО
Адрес:  Беларусь, Витебская область, Оршанский район, деревня Купелка 
 
Колхоз Дружба, сельскохозяйственная артель
Адрес:  с. Ахрат, ул. Школьная, д. 31 
 
МОЛОЧАЯ ИНДУСТРИЯ, ООО
Адрес:  г. Белгород, бульвар Юности, д. 19 кв. 20